***
Через полторы недели Лита с попутчиком вышли из леса где-то на границе с Веронией. Девушка, исхудавшая и осунувшаяся, явно не выглядела ухоженной красавицей, чего нельзя было сказать о её спутнике – молодой человек, отзывавшийся на имя Один, выглядел, как всегда, спокойным, чисто выбритым, подтянутым, как будто только оделся, и свежим, как будто только что умылся. Правда, Литаная никогда не видела, чтобы тот брился – быть может, у него и борода ещё не росла. Мылся её спутник, правда, каждый день. Вернее, каждое утро. Похоже, Один специально выбирал место ночных стоянок неподалеку от естественных водных источников – ручьёв, речушек или небольших лесных озёр, в которых каждое утро принимал ванну. Наверное, брился тогда же… В один из таких ранних утренних часов девушка, наблюдая бодрую умытую физиономию парня, решила и сама помыться, попросив того отвернуться, а лучше – подождать на полянке, где они ночевали. Помывка заняла всего несколько мгновений – стоило только с разбегу с головой окунуться в идеально прозрачную воду небольшой лесной речки, как девушка с визгом вылетела из воды обратно на берег. Вода берущей своё начало в горных ледниках реки, несмотря на перевалившее за середину лето, оказалась не просто холодной, а ледяной… Это купание было первым и последним в её долгом лесном путешествии – холода Лита не любила и купаться в ледяной воде не могла, как бы себя ни заставляла. Ежедневное знакомство девушки с водой состояло лишь из мытья рук, лица и гигиенических процедур – на большее смелости волшебницы не хватало. И, выйдя из леса, девушка мечтала лишь о том, как доберётся до ближайшего людского жилья, где ей согреют воду и позволят с наслаждением помыться.
Такая возможность представилась Лите через несколько дней их совместного путешествия на восток по весьма слабо обжитым местам – около леса люди селились неохотно. Наконец путники наткнулись на небольшую дорогу, даже не столько дорогу, сколько тропу – по ней явно большей частью ходили пешком, но изредка передвигались и на лошадях. Причём пользовались дорогой нечасто – трава, пусть и изрядно примятая и вытоптанная, продолжала расти прямо на тропе, и лишь по частым проплёшинам, редким следам перегнившего навоза да чахлым стебелькам, сминаемым ногами путников, можно было её заметить. Один, не раздумывая, свернул на тропу, хотя она и забирала несколько к северу от намеченного ими маршрута. Лита спорить не стала – мужчине виднее, и молча пошла за ним.