- Разреши мне рассказать об этой потребности хотя бы тем нынешним сенаторам, в разумность кого я сам верю. Мир многие века раз за разом приходит к этой истине. Нельзя забирать у великого меча его избранника. Но время идет по кругу и всегда, раз за разом рождаются новые поколения, снова пробуют эту истину на прочность.
Пожав плечами, я киваю. Дедушка Смерть не мастер интриг, но он невероятно верит в любовь. В особенную, божественную любовь крылатых.
Ценное для моей ситуации Тоси тоже подкидывает. Например, что просто украсть Майлза из Эквитаса нельзя. Нужно обязательно снять с него обвинения. Иначе он всегда будет как под дамокловым мечом, в момент, когда мне будет особенно не до этого, мои враги его арестуют и казнят.
Помощь моих сторонников тоже проявляется. Под разноцветными фонариками в руках Зелцин целая гора записок. Явиться мне на глаза видимо никто и не осмеливается. Страшно. Я колонны на куски ломаю. Но Амон присылает точное время, когда соберётся суд и полный список сотни. Как я и думала, ждать неделю они не будут. Завтра в полдень. Состав сотни тоже далёк от равновесного: почти три четверти ассесоров небесные. От Вана приходит краткая выжимка обвинений: организация нападения на сенатора Абзу и ещё на целый список студентов, часть которых я даже не припомню. Агни пишет, что ведёт переговоры с юными главами родов по моему новому закону, и они обещают мне поддержку. Не знаю понадобится ли, но тоже неплохо. В остальных записках только описание суматохи в академии: кто что планирует, кто сбежал, кто кого вызвал. И да, стоит признать настоящие планы и решения из моей свиты всегда приносил только Яннис. Остальные постольку поскольку.
Впрочем, в этих описаниях суматохи тоже находится важное. Я стою и смотрю на красиво рубленные буквы на ровной желтоватой бумаге. Гектор, рассыпается в ничего не стоящих обещаниях помогать мне, но главное упоминает, что его дед ушел ночевать в аллод и вернётся только завтра к своей вечерней лекции. А значит, в академии сейчас нет сенатора восходных.
212. Арманда. Говорить ртом
Времени нет… Есть стук моего собственного сердца и больше ничего… вернее, есть цветные фонарики Зелцин и её испуганно распахнутые глаза, есть непробиваемые лица моих ко всему привыкших гномов и насупленная Майя, есть ночь вокруг меня живая и подвижная: прибой внизу под скалой, крик какой-то птицы, шум листвы… но всё это не имеет значения. Листок передо мной всё перечёркивает. Я не выманю старика Калиго этой ночью в академию. Даже менее хитрого сенатора не выманила бы в таких условиях. Таранис и Дьяюс постоянно живут в академии, Видар придёт как всегда к утренней тренировке, но Калиго был здесь временно и уже сбежал. А в полдень в аллоде Эквитас уже будет суд…
И значит, у меня снова нет плана «А». И этот был лишь на то, чтоб войти, но теперь нет совсем.
На ступенях ведущих на площадку появляется Эста. Но облегчение быстро сменяется яростью. Следом за ней идёт Яннис.
Эста выставляет ладони вперёд:
- Это я его привела. У него есть план. Мы просто выслушаем.
Я с усилием заставляю себя остаться на месте. Подруга подходит ко мне. Яннис останавливается метрах в десяти от нас. Он снова в фустанелле и глупых тапочках с бомбошками. Бледный, с всё ещё разбитой губой и растрёпанный.
Эста с шумом кидает на стол папку:
- Это от Карима. Как понимаю, он там заставил работать теней Драгона. Суд будет завтра в 12. Двое из перечисленных в обвинениях студентов не очнутся в течение пяти и более лет, по закону это приравнивается к убийству. Ну и, Молчун уже, полагаю, доложил, что старика Калиго достали умники, и он ещё до ужина по-тихому сбежал в свой аллод. А потому у нас нет четырех сенаторов. Но у Янниса есть.
Подруга пытается улыбнуться. Получается у неё натянуто. Но я знаю, она просто пытается так помочь мне взять себя в руки. Это её способ. Она снова кивает в сторону Янниса:
– А потому давай ты свернёшь свои шикарные крылышки. А то если Яннис ещё и заикаться от страха начнёт, у меня первой терпение закончится. Просто давай его послушаем.
И да, за моей спиной опять крылья. Не выход и не решение… просто эмоция! Я с усилием заставляю их свернуться. Разворачиваю взгляд к дону Мойра и… он падает на колени.
Вернее пытается. Эста тут же останавливает попытку криком:
- Суицидник что ли?! Стоять на двух ногах, говорить ртом! Я ещё верю, что этот день не может стать хуже. Не разрушай мою веру!