253. Майлз. Прикоснуться
Я улыбаюсь всем одной из своих самых обезоруживающих улыбок:
- Доны, давайте будем вежливыми. У нас есть свои правила.
Дарьюш тоже старается примирительно улыбнуться, но в глазах читается злость, причём именно на меня. Карим же, между тем не останавливается, он с отвращением осматривает прибывших, а потом указывает на Коа:
- Дон Рангинуи осужден, как преступник! Что он здесь делает? Как он смеет показываться на глаза обществу, пока не искупит свою вину? Он чуть не убил Эсту. Вон!
Коа пытается получить одобрение Дарьюша, но его так же быстро просто выпихивают прочь ликторы. Они все удивительно ревностно заботятся о Кариме. И сейчас видят его состояние и спешат убрать источник раздражения.
На этом энтузиазм Иштара заканчивается. Он вопросительно смотрит на меня. Я снова улыбаюсь:
- Прежде чем разговаривать, доны и сеньоры, нужно определить, кому из вас будет разрешено приближаться к дону Иштар, а кому только быть полезным издалека. Сеньоры вытяните вперёд одну руку.
Указание крайне странное. Клятвенники переглядываются с Дарьюшем, и он кивает им выполнить приказанное. А я жестом приглашаю Карима прикоснуться к этим самым сеньорам. Асмодей медлит. В это время в гостиной появляется Эмилс и Йокубас. Видимо выставленный Коа вызвал у них беспокойство. Эмилс молча становится за моим плечом, Йокубас за свободным плечом Карима. И Дарьюш сегодня смотрит на них уже совсем по-другому. Ни как на безликих ликторов. Он уже догадался у кого полные крылья Валефара. Это просто. Достаточно понаблюдать, кому подчиняется Йокубас и другие Диевасы.
Карим ещё раз оглядывается на меня с какой-то жалобной миной и делает шаг к первому из сеньоров. Он прикасается к его вытянутой руке буквально одним пальцем, коротко и с выражением словно трогает какую- то гадость. Но видимо особо гадкого ощущения не получает. Прикасается дольше, а потом делает жест «не то не сё». Я подвожу резюме:
- Сеньор, если вашему доминусу будет разрешено остаться, вы тоже сможете это сделать.
Карим более уверенно шагает к следующему. По моим знаниям очень сколькому типу. И тут моментально отдёргивает руку.
- Сеньор, вам не разрешено приближаться к дону Иштару.
Из восьми сеньоров. В гостиной остаются трое. В глазах Дарьюша паника. Все знают, что великие мечи иногда обладают какими-то особенными способностями, только мало кто знает какими именно. Я пустил слух, что Габриэль может чувствовать ложь и этому поверили. Сейчас перед ними абсолютно реальная способность Асмодея, только они не понимают какая.
- Доны, теперь ваша очередь. Вытяните руку.
И ближе всего к Кариму оказывается именно Дарьюш. Иштар вздыхает, снова смотрит на меня с жалобным видом, а потом всё-таки прикасается к его вытянутой руке. И тут же буквально отпрыгивает, возмущенно жалуясь мне:
- Это он поверил твоему дядьке. Самовлюблённому глупцу, готовому подставить собственный клан, лишь бы умный племянник не отобрал у него власть. А опасный дурак здесь я?!
Вот теперь Дарьюш смотрит на Асмодея озадаченно и сам послушно отступает на несколько шагов, понимая, что всё не так просто. Рассуждения про дядьку на самом деле ставят в тупик и меня. Это собственные измышления Карима? Или их подсказал ему дед или Йемайя. В любом случае для посторонних это выглядит так, словно мальчишка лишь старательно скрывает ум под маской балагура.
Я продолжаю держать на лице улыбку. И лишь спокойно указываю Кариму на старшего брата. Он некоторое время медлит, потом набирается решительности, подходит, и так же коротко прикасается к тому одним пальцем. Потом снова, но дольше. Смотрит на старшего Тиамат с некоторой задумчивостью, а потом с осторожностью кладёт на его ладонь свою. И… В глазах Карима заинтересованность. Он буквально оглядывает дона с головы до ног. Ядулла Тиамат крепкий, как и полагается боевикам, сдержанный. И понимая, что что-то идет необычно, он тоже смотрит на Карима чуть озадаченно. Асмодей довольно улыбается и резюмирует сам:
- Дону Ядулле Тиамат, позволяется остаться в моей свите. Он несомненно достоин, быть в моём обществе.
Дарьюш явно считает это неплохим компромиссом и смиренно салютует Кариму, как старшему:
- Я послушно принимаю ваш выбор, доминус. И постараюсь в будущем доказать вам свою достойность. Разрешите вас покинуть.
Перед уходом он коротко бросает на меня взгляд, обещающий, что наша битва ещё не закончена. Но меня это не трогает. Моя главная битва начнётся буквально через несколько минут и не с ним. И там я буду безоружен и слаб. Выберет меня моя гневная богиня или сочтёт недостойным, или снова упрётся, что рядом с ней для меня опасно… всё это уже будет зависеть не от меня.