Майлз смотрел на эти самые фотографии с подозрением:
- Зачем в твоей дощечке изображения Иштара? Да ещё и в таком виде?
Я рассмеялась:
- Они не в моей дощечке. Они в воздухе, доступны всем желающим. Дощечка позволяет лишь их посмотреть.
Я решительно встала:
- Слушай, а если я эту дверь постоянной оставлю, я же могу через неё провода протянуть? Верёвочки?
Он пожал плечами:
- Можешь, конечно.
- Отлично! Тогда раз сегодня сил на вторую дверь у меня всё равно нет, давай проведём в аллод интернет и электричество. Тебе понравится. Там не только полуголый демонёнок, но и много полезного есть.
Впрочем, всё оказалось не так-то просто. Катастрофа была не только в новостях. Она была в офисе теткиного провайдера, в мастерской оказывающей услуги связи и даже в глазах соседки, у которой я пыталась спросить телефон какого-нибудь мастера по ведению проводов. Мой город, мой маленький, такой знакомый до последней улочки, город, обнимал страх. Пустынные улицы, патрульные машины не останавливающие нас только потому, что мой демон велел им нас не замечать, тревога.
Меня не было почти два месяца. Я пятьдесят пять дней валялась в объятиях любовника на широкой кровати в нашем дворце. А мои крылья, не уравновешенные ничем, между тем, кажется, продолжали разрушать этот мир. Разгонять, раскручивать катастрофу в головах и делах. По капле. Настойчиво. Неминуемо.
266. Эпилог Арманда. Крылатая
Мы были у Мигеля. Потому как закрытым в городке оказалось не просто всё, а вообще всё. Так что я даже восстановить карточку и как-то оплатить те же самые провода и роутер не могла. А у Мигеля мать всю жизнь содержала магазинчик разной бытовой техники, и после рождения ребёнка они с женой переехали к ней поближе, прямо на второй этаж над этим самым магазинчиком. Да и старый друг как-то сразу вызвался подобрать мне всё необходимое из того, что найдется в магазине, всё равно тот стоит уже месяц закрытым, и просто на слово без проблем подождать недельку с оплатой.
Мы с Мигелем собирали всё необходимое на складе магазина. Он достал бухту с кабелем:
- Сеть на сколько метров тянуть будем?
- Метров двести на глаз. Бери с запасом.
Он удивился:
- Двести? Это на соседнюю улицу что ли собралась?
Я промолчала. Он усмехнулся и полез вытаскивать другую бухту, побольше. Потом оглянулся на Майлза. Тот стоял далеко от нас, у окна и смотрел на улицу.
- А этот твой тоже из спецслужб?
Я кивнула усмехнувшись. В своё время, пытаясь хоть как-то объяснить Мигелю, тогда ещё моему парню, почему моё учебное заведение настолько закрытое, я сказала, что учусь на шпиона. Эдакого Джеймса Бонда. Тем более в моём собственном тогдашнем понимании, оно примерно так и выглядело, с некоторыми оговорками.
Мигель усмехнулся:
- Вот на него бы совсем не подумал. Ты да, всегда боевая была. А он… холёный чересчур.
Мне стало смешно от таких рассуждений. Тем более что, если сравнивать нашу с Майлзом деятельность со шпионами, то он как раз в десять раз круче меня.
- Он из умников, кто меняет ход событий несколькими словами в правильные уши. Поверь, это намного опасней.
Старый друг задумался. А, не слышащий нашего разговора и вообще не знающий о нашем внимании, Майлз в это время наткнулся на увядающий фикус. И не нашел ничего лучше, как протянуть руки и импульсом подпитать растение так, что оно на глазах выпрямилось и выпустило на свет два новых листка. Я видела эту его способность в аллоде. Он за пару часов из семечка так целые деревья поднимает. А вот Мигель, конечно, был в шоке.
Старый друг оглянулся на меня. И я сделала то, что до этого не делала никогда и вообще считала немыслимым. Я послала ментальный импульс и произнесла:
- Ты не видел сейчас ничего особенного. Он просто полил его. Тут давно не поливали эти цветы.
Мигель моргнул. А потом растерянно произнёс:
- Да… мы стараемся никуда не выходить без надобности. Боимся домой малышу заразу принести… Цветы заброшены.
Старый друг улыбнулся и тут же абсолютно спокойно зарылся в следующую секцию, выискивая необходимое. А я… чувствовала себя мерзавкой. Даже хуже… Кем? Крылатой наверное. В той самой в интонации ругательства.
Именно поэтому, когда Мигель попытался предложить мне ещё и технику взять: моноблок или планшет, я охотно согласилась. В конце концов, с деньгами у меня сейчас проблем нет, Лоренцо охотно меняет на них личную материю, которой у меня закопайся. А у друга действительно бизнес простаивает, доходов нет.