Фёкла в эти дни старалась не выходить из своих комнат. Дабы помимо своего присутствия за обеденным столом более не раздражать господина Силу. Михей и Лукерья по-прежнему её игнорировали, избегали даже смотреть лишний раз в её сторону. О самочувствии Петра она справлялась у горничной, которой немного приплачивала - по счастью, прислуга знала всё.
История Дестини волновала её постольку-поскольку. Уж та не пропадёт, с её-то связями, что бы там глава клана Градовых ни решил в её отношении, полагала Фёкла. А вот судьба самой Фёклы висела на волоске и целиком и полностью находилась сейчас в руках господина Силы. Всё, что могла на данный момент, она сделала, и теперь ей оставалось только ждать.
Ждать пришлось недолго. Фёкла вскочила, едва услышала за дверью знакомые тяжёлые шаги. Сердце её колотилось - сейчас она узнает свою долю.
Садиться Сила в этот раз не стал.
- Моему внуку или внучке не подобает родиться ублюдком, - рубанул он, обозначивая своё решение, - Ты должна родить его в браке. Понятно, вне нашего дома. Завтра я дам распоряжение подыскать тебе мужа, который женится ради приданого, что я назначу. До своего замужества можешь пока оставаться здесь.
- Спасибо, господин Сила, - проникновенно сказала Фёкла и поклонилась низко, в пояс, - А позволено ли мне самой предложить себе жениха?
- У тебя есть мужчина, который хочет взять тебя за себя беременной? - нахмурился Сила.
- Нет, мы с ним не знакомы. Но я слышала про такого. Это... некий господин Вареничев.
- Вареничев? - удивился Сила, - Разве он жив? Он же был старым, ещё когда я сам женился.
- Три недели назад был жив. Но вот-вот помрёт, мне сказывали. И однако он недавно намеревался в третий раз жениться, да у невесты планы изменились.
- Метишь в богатые вдовы? - против воли одобрительно хохотнул Градов, и, подумав, добавил с кривой улыбкой, - Ладно, не стану препятствовать твоему счастью. Завтра велю разузнать, что там с Вареничевым, и вступить в переговоры.
Журналисты подтянулись ко дворцу Градовых первыми, с раннего утра. Потом стали подходить те любопытствующие горожане, кто справедливо предположил, что количество свободных мест в зале суда окажется недостаточным, чтобы вместить всех желающих поприсутствовать на громком судебном процессе. Вся эта публика стояла за воротами, притоптывая ногами от холода, и ждала, когда начнут съезжаться знатные люди, заинтересованные в исходе дела. В том, что приедут Свешниковы, никто не сомневался.
Однако сначала подъехал автомобиль, из которого вышел никому из присутствовавших не известный господин в высоком цилиндре и приталенном пальто. Когда он подошёл к воротам, все замерли - хотелось услышать, как он представится охранникам.
- Метр какой-то, - с сомнением передавался говорок в толпе, - с посольству, говорит... Аль чего мерить собрался?
- Ага, вот шляпу свою снимет и пойдёт ей всех мерить. В ком росту меньше четырёх энтих шляп, того в зал не пустят, - гоготнул какой-то зубоскал.
- Не "метр", а мэтр! - нашёлся кто-то просвещённый, - аблокат хранцузский, значить.
Толпа радовалась - уже не зря мёрзнут тут, вон какая новость интересная, а сколько их ещё будет!
Тина завтракала в комнате, когда к ней коротко заглянул Сила.
- Оденься в платье, в котором приехала, - велел он, - Скоро будет суд.
В ожидании, когда её позовут на заседание суда, Тина сидела у окна небольшой комнаты, прилегающей к судебному залу. В душе её было тихо, будто она утонула, и от всего мира её отделял большой слой воды. Её и Петю. Когда она поможет ему проснуться, они вместе смогут вернуться в мир. Иначе - никак.
Заходил специально присланный адвокат из французского посольства - оказывается, его присутствия добились её отец и дядя Этьен, глава клана Сондер, с ведома и разрешения самого короля Людовика XVII. Тина любезно ответила на вопросы мэтра и выслушала его советы. Как приятно, что родные во Франции беспокоятся о ней.