— Что вас расстроило, Великий Визирь?
— Люди сообщают, что контингент Саркума следовал на запад.
Её живот сжался, а по спине пробежало раздражение. Хотя бы раз ей хотелось, чтобы Кадир знал меньше, чем она.
— Было ли что-то в правилах, принятых Советом, что запрещало им ехать на запад?
Кто-то слева от неё рассмеялся, и лицо Кадира исказилось от ярости.
— Вы вмешались в это, я всем своим нутром чувствую это. Эта игра проиграна.
— Если вы не сможете доказать это обвинение, Великий Визирь, игра не проиграна, — сказала Наиме.
— Ну вот, Кадир-паша, — спокойно сказал Явуз. — Вы же не ожидали, что они попытаются пройти через Утренние Врата, не так ли?
— Возможно, они в замешательстве, — предположил Садик и получил несколько смешков за свой вклад.
— Ему не было дано никаких ограничений относительно того, как он может захватить дворец, только то, что он должен. Даже такой несведущий в войне человек, как я, знает, что атаковать стену напрямую было бы глупо, — сказала Наиме.
— Я всё ещё верю, что он получил информацию от кого-то в этом зале, информацию, которая изменит характер проблемы, если бы она стала известна Совету.
— Ещё раз, Великий Визирь, без доказательств вы не можете требовать поражения, — Наиме взглянула на Явуза, который кивнул в знак согласия.
— Очень хорошо. Тогда я предлагаю добавить сложности, чтобы сохранить целостность учений.
— Вряд ли это справедливо, Великий Визирь, — желудок Наиме сжался сильнее, когда раздражение переросло в панику.
— Война несправедлива, — сказал Кадир, и несколько Визирей согласились с ним. — Давайте перейдём в тронный зал, где можно найти настоящего Султана.
Наиме заставила своё лицо и дыхание успокоиться. Тронный зал находился ещё глубже во дворце, и на то, чтобы добраться до него, потребовалось бы дополнительное время, а также это позволило бы Кадиру выставить ещё больше стражников на пути Макрама.
— Вы не можете изменить пункт назначения в середине игры, Кадир-паша, — сказал Явуз-паша осторожным тоном.
— Нет? Султан будет сидеть сложа руки, ожидая прибытия своего завоевателя? Если вы так сильно верите в этого человека и его армию, то пусть он покажет нам, как он адаптируется, — объявил Кадир присутствующим.
И они согласились, с громкими криками, и Визири немедленно направились в тронный зал.
Кадир, прихрамывая, подошёл к Наиме, улыбаясь.
— Он должен быть проинформирован, — сказала Наиме, последняя мысль, которая пришла ей в голову.
Попытка отправить сообщение с помощью своей магии Макраму, когда она не может его видеть и когда он мог быть очень далеко, потребует большого расхода энергии. Бану узнает, почувствует это, если Наиме попытается сделать это тайно, и Кадир использует это как доказательство того, что Наиме вмешалась.
Колесо упаси её от самой себя, она была уверена, что однажды сломается, как сухой тростник, и задушит Бехрама Кадира на глазах у всех.
— Я оставлю этих охранников сопровождать его, — Кадир указал на троих мужчин, стоящих рядом с Джемилем.
Наиме прикусила щёку, чтобы обуздать свой гнев, затем улыбнулась.
— Одного человека будет достаточно, — предположила она.
Он не считал её глупой, она это знала. Он насмехался над ней. Дразнил её.
— Тогда позвольте мне, — объявил Джемиль.
Приступ паники в животе Наиме распространился холодом по всему телу, когда она повернулась к нему.
— Ах, отлично, — сказал Кадир.
Наиме прошла от Кадира к его сыну и остановилась перед ним ближе, чем обычно. Джемиль продолжал улыбаться, его золотые глаза были прикованы к её лицу. Наиме медленно и глубоко вдохнула. Не было стойкого запаха несвежего алкоголя, который обычно сопровождал Джемиля. Его улыбка погасла. На этот раз она была разочарована, что он был трезв.
— Не волнуйтесь, Султана, — сказал Джемиль себе под нос, — я хорошо о нём позабочусь.
Она встретила его взгляд, в котором сверкала угроза. Он был мошенником, как и его отец. Он нападёт на Макрама и его людей и использует свою магию.
— Маленькая марионетка Великого Визиря, — сказала Наиме себе под нос. — Где твоя выдержка, чтобы противостоять ему, хм?
Его глаза распахнулись, и в воздухе вокруг них расцвёл жар. Он исчез так же внезапно, как и появился, и Джемиль снова улыбнулся.
— А где твоя? — он прошептал что-то в ответ, затем посмотрел мимо неё на своего отца. — Всё улажено, Великий Визирь.
— Тогда давайте прогуляемся вместе, Султана. И расскажите о своей помолвке, — сказал Кадир.