Наиме еще мгновение смотрела на Джемиля, чувствуя тошноту от своего отвращения. Когда она повернулась, Явуз-паша пристроился рядом с ней. Кадир присоединился к ним, и они замедлили шаг, чтобы соответствовать его хромой скорости. Наиме кипела под спокойным выражением лица, которое она использовала, чтобы скрыть свою панику.
— Пусть один из стражников оставит мне меч, — крикнул Джемиль, когда они подошли к дверям.
Наиме резко обернулась, и Джемиль ухмыльнулся, обнажив зубы.
— Просто на всякий случай, — он подмигнул.
ГЛАВА 16
Лампы погасли, как только они покинули главную тюрьму и начали бесплодно блуждать по лабиринту тупиков и извилистых туннелей, которые возвращались к исходной точке. К счастью, Муса был Несущим Свет, но его сила продержалась недолго.
— Я слышу их, — тихо сказал Муса.
— Мы снова побежим, — сказал Макрам.
— Оставь меня здесь, Агасси, — Муса остановился, прислонившись к стене. — Они не должны причинить мне боль, и я лишь замедляю тебя.
Он похлопал по ноге, которую он подвернул об решётку камеры.
Макрам обдумал это предложение, прислушиваясь к звукам дворцовой стражи. Он вытер пот с глаз и приложил руку к ране на боку. Она была одновременно онемевшей и ноющей. Плохой знак.
У них было по два меча на троих. Муса едва мог бежать трусцой, и они всё ещё не догнали Тарека и остальных. Он бы никогда не бросил кого-то, если бы на кону стояла жизнь, но в этом случае…
— Я должен тебе лошадь, Муса, — сказал Макрам.
— Я попытаюсь замедлить их, — мрачно сказал он, отстёгивая лук от спины.
Эмре снял с плеча колчан и передал его Мусе.
— Привяжи свой магический шар к нам настолько, насколько сможешь, — сказал Макрам.
Муса кивнул и сосредоточился на Макраме, произнося своё заклинание. Шар поплыл над головой Макрама.
— Молодчина, — сказал Макрам, дотрагиваясь до его плеча.
Муса наложил на тетиву одну из известковых стрел и нацелил её в конец коридора. Макрам и Эмре повернулись и побежали, оставив Мусу в темноте. Магического шара могло хватить на половину свечи, Макрам надеялся, что так долго он им не понадобится. Ему уже хотелось выбраться из сырого каменного лабиринта.
— Это ты, Агасси? — позвал Тарек откуда-то издалека, его голос отдавался эхом.
Макрам не стал отвечать, шум слишком легко донёсся бы до дворцовой стражи, которая следовала где-то позади них. Туннель, по которому они бежали, внезапно закончился, приведя их в пещеру размером с дворцовый двор, с огромным куполообразным потолком наверху, покрытым зазубренными выступами, свисавшими как зубы. Сверху капала вода. Макрам перешёл на шаг, и Эмре издал ещё один из своих резких птичьих свистков, отвечая на вызов Тарека.
Здесь не было магических шаров, но что-то на стенах давало слабый, бледный свет. Лишайник или мох? У некоторых вади в Саркуме был такой, если скальные стены вокруг них имели глубокие выступы. Лишайник, который светился в темноте. В слабом, приглушённом свете Макрам мог видеть, что пол пещеры был занят сеткой отдельно стоящих пустых камер.
Тишина пещеры отражала даже малейший звук: капли воды, скрип их сапог, тихий разговор Тарека с одним из других мужчин. Макрам и Эмре нашли его и Демира в дальнем конце огромной комнаты, где Тарек изучал каменную стену, уперев руки в бока.
— Мог бы использовать свою магию, чтобы вытащить нас из этого проклятого лабиринта, — Макрам вытер пот с лица рукавом.
Тарек посмотрел на него.
— У тебя всё ещё идет кровь, — взгляд Тарека был жёстким и обеспокоенным.
— Да, я в курсе. Я вряд ли умру, — сказал он. — Дворцовая стража уже в пути, и нам пришлось оставить Мусу позади. Времени бездельничать нет. У тебя достаточно резерва, чтобы сотворить заклинание?
— Я как раз собирался, — сказал Тарек. — Я не знаю, сколько раз смогу наложить его, или как далеко мой диапазон будет проходить через этот камень.
— Сделай это, — сказал Макрам.
Тарек присел на корточки, вытащил одну из стрел и использовал её, чтобы начертать мелом символ на полу.
— Эмре и Джем, идите в ту сторону, вдоль стены, посмотрите, сможете ли вы что-нибудь найти. Ахмад и Демир, — Макрам указал. — Туда.
Тарек произнёс своё заклинание, и символ засветился тёплым золотым светом Четвертого Дома. Макрам отошёл от Тарека, встал между двумя клетками и прислушался. У него не было возможности определить время. Здесь внизу, лишенная света тишина искажала ощущение его прохождения. Он понятия не имел, как долго они бежали с тех пор, как покинули Мусу.
Макрам оглянулся на Тарека. Он снова начал шептать, когда свет от знака начал исчезать, его брови сошлись вместе, пальцы царапали каменный пол. Золотые линии тянулись от символа по полу и вверх по стене.