— Лейтенант Фелан не имеет к этому никакого отношения, Стив. Я разорвала помолвку по другой причине.
— У тебя не было причин так поступать! Лично я никогда не давал повода для сомнений. Напротив, терпел твои бесконечные ночные дежурства и нелюбовь к светским мероприятиям, дарил подарки, которые, между прочим, обходились мне в кругленькую сумму…
— Ты никогда не дарил мне подарков, Стив, за исключением этого кольца. Если ты и тратил свои деньги, то не на меня, так что постарайся припомнить получше, — спокойно возразила Кэйт.
Демойн внезапно покраснел и засуетился.
— Я просто оговорился, не цепляйся к словам. Наверняка, ты вернула мне кольцо, потому что встретила кого-то другого.
— Не суди по себе, Стив. Ты впутался в какие-то темные дела, скрываешься от всех, но ничего не объясняешь, словно меня это не касается. Складывается впечатление, что ты откусил гораздо больше, чем когда-либо сможешь проглотить.
На красивом лице помощника мэра отразилось острое беспокойство. Он сгреб со стола конверт с кольцом и принялся нервно запихивать его обратно в карман.
— Тебе что-то известно?
Глядя, как у Стивена от страха побелели щеки, Кэйт решила прощупать почву.
— Прошлой ночью в клубе «Chess» были убиты и до неузнаваемости изуродованы четырнадцать человек.
— Что?! — Демойн покачнулся и машинально ухватился рукой за спинку стула. — Ты ведь не шутишь?
— Какие могут быть шутки, Стив, если я провела на месте преступления добрую половину суток?
— Да, да, конечно, — внезапно забормотал он, озираясь по сторонам, словно вдруг забыл, где находится, — ты устала, тебе нужно отдохнуть. Прости, что ворвался посреди ночи…
Стивен выскочил за дверь, даже не попрощавшись, а Кэйт натянула на себя плед и уснула прямо на диване.
Глава 7
Камень, камень и еще раз камень, будь он трижды проклят, с такими редкими вкраплениями кварцевого песка, что это не стоило даже упоминания. Люк прикинул свои возможности и отказался от мысли взять пленника, как того хотел его младший брат. Кристиан не ошибся в своих расчетах, точно указав сектор, в котором было несколько подходящих планет, а на них не менее двух потенциальных каменных убежищ.
Противники Люка, с которыми он вел беспощадную тайную войну, не умели без спецсредств перемещаться на космические расстояния, а это означало, что им помогает кто-то могущественный, наделенный особым даром. Вывод напрашивался сам собой и был весьма неутешительным, потому что подобных сущностей во Вселенной насчитывалось не так уж много.
— Вы только посмотрите, какой приятный сюрприз, еда сама пришла к нам в руки! — Люк впервые столкнулся с цивилизованной разновидностью илфирин, которые были не только роскошно одеты, но еще и разговаривали. — Забавный молоденький детеныш, наверное, он заблудился. Метисы волшебников часто рождаются красивыми и сексуально привлекательными.
Вошедших было двое. Говорила женщина с очень бледным лицом и почти бескровными губами, что являлось опасным признаком, потому что она была голодна. Мужчина видимо недавно поел, поэтому его кожа имела практически нормальный цвет. Единственным, что выдавало в нем вампира, были белые глаза.
— Как вы их различаете? По мне так они все на одно лицо… Важно то, что у них внутри, а не снаружи.
— Внутри этого милого детеныша самый сладкий и самый опасный в звездном мире яд! — у вампирши затрепетали тонкие ноздри, когда она в прямом смысле слова начала принюхиваться к Лукасу. — Нам несказанно повезло, дорогой! Теперь мы не только получим редкое удовольствие, но и пополним свои запасы. Лично я претендую на его сердце!
— Вы всегда на него претендуете, хотя не имеете на это никакого права.
— Я его возьму по праву сильного, — женщина как-то странно дернула головой, и Люк услышал громкий щелчок. Последовавший за этим магический удар напоминал падение с высоты, когда тело на большой скорости ударяется о твердую поверхность. Он стиснул зубы и принял боль в себя. А ведь с него пока всего лишь сорвали одежду… — О, да, тут есть, на что посмотреть!
Женщина сделала несколько семенящих шажков, так как ей очень мешала экстремально зауженная длинная юбка. Легче было думать о странной вампирской моде, чем о той взрывоопасной силе, которая неумолимо нарастала внутри Люка.