Вновь загремели выстрелы.
— Так, парни, — как бы невзначай сказала Эмильда. — Если хотите хорошую оценку за экзамен в этом семестре, то придумайте, как нам отсюда выбраться живыми.
Рядом с моей головой просвистела пуля. Я упал на колени, прикрываясь руками. Прямо передо мной оказался мёртвый здоровяк.
— Прости… прости, — приговаривал я, касаясь его крови, чтобы считать её код.
К самому виду трупов я давно привык. В памяти у меня точно навсегда выжглись воспоминания, как отец возил меня в свою загородную лабораторию. Своих «пустоголовых» он создал далеко не сразу. Им предшествовало множество неудачных попыток. Эти попытки он складировал на подземном складе, который показал мне в рамках экскурсии по своей лаборатории.
Вид многочисленных серых тел, сваленных в кучу, словно ненужные игрушки, остался со мной навсегда. Но даже он мерк по сравнению с отвратительным мясным големом, которого отец как-то раз создал ради шутки.
Но, несмотря на всё это, меня охватила дрожь, когда я смотрел на убитого мною человека. На глазах неожиданно появилась влага, когда я слизнул с пальца его кровь. Спустя несколько мучительно долгих минут я почувствовал тепло, исходящее из его тела.
Вокруг летали пули, разнося в щепки убранство курильни. Грязно ругалась Эмильда, пытаясь отбиваться той кровью, что у неё была. Взять под контроль новую, у неё просто не было времени. С какой-то мрачной решимостью Кортус считывал код крови других убитых повстанцев.
Соберись, Лестер! Кровь твою, соберись!
Ты нужен им.
Закрыв глаза, я медленно вдохнул сквозь зубы. Также медленно выдохнул. Сжал кулаки, прогоняя дрожь. Продолжил дышать, очищая голову от лишних мыслей и чувств. Где-то во тьме скромно блеснул до жути знакомый свет. Я затолкал его как можно глубже.
Ну уж нет, я прекрасно обойдусь без маны. От неё одни беды.
Но вместе с тем, опасность касания Источника маны взбодрила меня. Я открыл глаза, трезво оценивая обстановку.
Долго мы здесь не продержимся. На улицах же у нас был шанс затеряться в толпе. Тем более, вряд ли повстанцы устроят перестрелку и в оживлённой части города, ещё больше рискуя привлечь внимание Кровавых Инквизиторов.
С другой стороны, последним было по большей части плевать на то, что творилось в Новом городе.
Ладно, кто не рискует, тот не пьёт шампанского.
Встретившись взглядом с Кортусом, я сказал:
— Повторим мой трюк из Гордеи, — кивком я указал в сторону окна. — Но мне нужна твоя помощь с отвлекающим манёвром.
Тот мрачно кивнул. Я принялся жестами вытягивать кровь из здоровяка. Кортус поступил так же со своими трупами.
— Эмильда, — обратился я к наставнице. — Как дам команду, выбирайся через окно на улицу. Будешь прикрывать наш отход оттуда.
— Что за команда? — бросила она, продолжая выводить жесты.
— Ты услышишь.
Мой арсенал заклинаний мало подходил для сражений. «Кровяной кулак», конечно, был хорош, но не против нескольких людей, вооружённых стрелковым оружием.
Но нам повезло. Среди повстанцев в курильне, по всей видимости, не было магов крови. А доноры, как известно, весьма суеверны и с опаской относятся к магии. Даже сейчас, увидев щупальца Эмильды в действии, они предпочли прыгнуть в укрытия и стрелять в нас издали.
А значит, их может напугать любое проявление магии. Даже созданное первокурсниками.
Я отчаянно импровизировал. Конечно, не помешало бы сперва выписать нужную заклинательную формулу, и уже затем по ней воспроизвести заклинание. Но времени не было.
Поэтому я выводил жесты, продумывая их на ходу. Кровь передо мной сначала выросла столбом. Затем я придал ей человеческие черты — подобие головы, рук и ног. Кортус влил в неё кровь из своего трупа, придавая больше объёма.
Наша обманка уже была в полтора раза выше человека. Я дополнительно решил её устрашнить. Из головы выросли длинные закрученные рога. Тело покрыли острые выступы.
И, наконец, последняя черта — я заставил ярко светиться две кровяных сферы на месте глаз. Чтобы провернуть это, пришлось выводить нужные жесты с полминуты.
Со стороны повстанцев раздались испуганные голоса. Значит, заметили всё-таки моё творение.
Затем мы с Кортусом перевернули стол и подвинули его ближе к щиту. Я направил револьвер на высокое окно и выстрелил, надеясь, что не попаду в случайного прохожего. Хотя из-за выстрелов в курильне все доноры в округе уже давно должны были разбежаться.
После ещё двух выстрелов стекло полностью осыпалось.