Кивнув ему напоследок, я вложил в крепкую руку ещё пару банкнот. Полицейский в ответ проворчал, чтобы мы поскорее убирались. Но сделал это как будто с благодарностью.
— Не нравится мне это всё, — пробурчал Кортус спустя время.
Мы направлялись в сторону Восточного моста, чтобы вернуться в Старый город.
— Что именно? Смотреть на место преступления?
— Нет, уровень коррупции в Кресте.
Доноров на улицах сегодня было заметно меньше, чем раньше. Слухи о зловещем Крестском монстре росли в геометрической прогрессии, и никому не хотелось стать его жертвой. Нам попадались в основном мужчины и уличные мальчишки. Парочка из них даже с уважением кивнула мне, проходя мимо. Наверняка из банды Сиплого, хоть я их и не помнил.
Отчего-то меня даже забавляла моя личина «Сеньора Лютого».
— Да расслабься ты, ничего страшного в этом нет, — отмахнулся я от слов Кортуса. — Ему нужно кормить семью, нам нужно было взглянуть на место, где нашли ту девушку. Это не коррупция. Это взаимовыгодный обмен.
— Согласен, удобно, когда этот «взаимовыгодный обмен» работает на тебя, — зло ответил Кортус. — Интересно, что бы ты сказал в случае, если бы коррупция сыграла против тебя.
— О чём ты? — спросил я.
Мы уже были на мосту. Здесь постоянно дул ветер, сгоняя в сторону вездесущую копоть с фабрик и вонь Нового города. Хотя это помогало не особо — свинцовое небо всё равно угрожающе нависало над городом. Тем не менее я вдохнул полной грудью, наслаждаясь подобием свежего воздуха.
— Наша семья пострадала из-за этого, — сказал Кортус, смотря куда-то вдаль. — Ещё когда мы жили в Хорли. Это, аристократов в наших краях немного, но они в разы хуже, чем здесь.
Я отчасти понимал, о чём он говорит. Чем ближе к центру Крестерии, тем больше знать держали в узде законы. Сама Кровавая Инквизиция следила за тем, чтобы аристократы не издевались над донорами. Император уже долгое время боролся с этим.
Но чем дальше от столицы и региональных центров, тем больше процветала наглость. Провинциальные аристократы и земледельцы зачастую воспринимали доноров как своих рабов. Особенно это процветало в дальних регионах, которые относительно недавно присоединили к Крестерии. С запада постоянно долетали новости о бедственном положении тамошнего люда.
Хорли, откуда родом Кортус, был хоть не так далёк. Но всё же считался чуть ли не деревней даже рядом с моим родным Донжи.
— Однажды один знатный ублюдок это, напился и нёсся во весь опор на своей карете, — в его голосе с каждым словом росла горечь и злость. — На его пути оказалась мама. Он даже и не вздумал затормозить.
Посмотрев на него, я увидел, как Кортус сжал кулаки. При этом продолжал смотреть куда-то вдаль, отвернувшись от меня.
— Маму перемололо копытами и колёсами. Отец до конца жизни кормил её с ложечки. Но она хотя бы долго не мучилась.
Кортус едва заметно всхлипнул. Затем, шмыгнув носом, продолжил:
— И что ты думаешь? И полиция, и суд просто замяли это дело. Весь Хорли знал, что тот ублюдок просто подкупил комиссара и судью. И всем было плевать.
От его истории у меня стянуло в груди. Хотелось что-то сказать, как-то поддержать Кортуса. Но я понятия не имел, что говорить. Было больно смотреть, как он скорбит. И к тому же понимать, что я сам стал причиной этому.
— Я… Мне очень жаль, Кортус, — выдохнул я.
— Мне тоже жаль, что мой друг рассуждает, как тот ублюдок, — вздохнул он.
Ну уж нет. В этом он был не прав. Остановившись, я развернул его лицом к себе. Кортус быстрым движением вытер рукой глаза под очками.
— Послушай меня, — я взял его за плечи. — Мы с тем ублюдком непохожи. Я никогда не причиню вред невинным людям. А если это всё же произойдёт, то не стану избегать или как-то откупаться от ответственности.
— Но ты же всё равно этому способствуешь! Подкупив того полицейского, ты заложил ещё один кирпичик в фундамент коррупции. Чтобы такие, как этот долбанный Гарибальдо ла Хорли, могли безнаказанно убивать доноров!
— Нет, Кортус, — покачал я головой. — Я воспользовался несовершенством системы, чтобы сделать хорошее дело. Если бы не вампир, я бы даже туда не сунулся. Тем более, ты меня знаешь уже две недели. Неужели всерьёз считаешь, что я такой же, как этот ублюдок?
Кортус на некоторое время задумался, а затем угрюмо усмехнулся. Но всё же ответил:
— Нет, не думаю, что тот ублюдок встал бы на защиту донора. И уж точно не полез бы из-за этого в драку с другими аристократами.
— Вот и я о том же.