Почти все защитники города оказались без щитов – под прикрытием тына они чувствовали себя в безопасности. И теперь жестоко расплачивались за подобную беспечность. Воин без щита практически безоружен против врага, способного в любой миг закрыть свое тело от удара. Со скифами не сражались – их просто истребляли.
Едва схватка стала затихать, Весар тут же приказал:
– Рубите крыши, спускайтесь в дома! Гасите все огни! Нужно немедленно потушить священный огонь скифов, иначе змееногая Табити пришлет сюда помощь!
Гранитные топоры врезались в щиты из толстого теса, закрывающие путь вниз, – раскалывая их, расщепляя, разламывая. Вскоре дерево поддалось, появились первые щели, и в них тут же нырнули стремительные рыси и росомахи. А примерно через час следом устремились и люди.
Великая Купава ожидала окончания штурма возле обоза. И для нее все стало ясно, только когда победители погнали вниз плачущих детей, воющих от ужаса женщин, пожилых людей и просто мужчин, почему-то не вступавших в сражение. Лесовики и славяне сбивали полон в кучу, оглядывали и ощупывали, словно какой-то скот.
Светлана хотела вступиться, защитить несчастных. Но она сдержалась, опасаясь показаться слабой, и правильно сделала. Когда из окрестных шахт освободили рабов, голых, грязных, тощих и изможденных, полу-слепых, отношение богини к здешним металлургам резко изменилось.
Если строишь свое благополучие на муках других людей, то рано или поздно за это приходится платить.
И потому светлая богиня предпочла заняться исцелением рудокопов…
Победители разоряли захваченный город три дня. Он оказался огромен, как Вологда, и полон припасов, в нем имелось множество полезных вещей: черпаки, котлы, жаровни, ложки, а также литейные формы, клещи, ухваты. Все то, что было бы крайне глупо оставлять на произвол судьбы.
Только на третий день Светлана наконец-то решилась осмотреть его. Она поднялась наверх по приставленной к склону жердяной лестнице, прошлась по огромной ровной вершине рукотворного холма со множеством черных нор, затем спустилась в несколько домов.
Внизу оказалось много интересного. Там, прямо по полу, по краю нижнего этажа, постоянно тек журчащий ручеек – то ли водопровод, то ли канализация. Там в каждом доме имелся глубокий колодец, оборудованный ответвлением в огромную печь. И опять же, то ли это был источник воды, приспособленный для медеплавильной работы, то ли часть плавильной печи, из которой при нужде можно было и воды зачерпнуть. Непонятно…
Но в остальном все выглядело привычно. Застеленный сеном пол, полати для припасов, высокий второй этаж, весь закопченный от сажи. Глиняные горшки, лыковые мешки, деревянные бочки.
– Жизнь как жизнь, – вздохнула Светлана. – Никакой сказкой тут и не пахнет. Что же, тем лучше. Быстрее привыкнут к славянскому быту. Пора с этим городом кончать.
В сопровождении Весара и еще нескольких славян светлая богиня, поменяв облик на воительницу в кирасе и золотом шлеме, подошла к пленным и громко объявила:
– Слушайте меня, рабовладельцы! Я хочу знать, кто из вас умеет варить бронзу. Признавайтесь, если хотите сохранить жизнь своим семьям! Я желаю видеть мастеров. Ну же, вставайте! Кто из вас отливал все это медное добро?
В толпе пленников один из мужчин неуверенно поднял руку.
– Выходи! – приказала Светлана.
– Не-е-т!!! – взвизгнула женщина с распущенными волосами, обхватила его за бедра и крепко прижалась. – Не пущу-у!!!
– И жену забирай, – кивнула богиня. – И детей, если есть. Кто еще?
Отобрав двадцать мастеров разного возраста, Светлана увела их вместе с семьями к обозу и всех по очереди пропихнула в поставленное там зеркало. Закончив, покачала головой:
– Слишком мало литейщиков для такого города, Весар. Уверена, тут работали не меньше ста металлургов!
– Может статься, кого-то из них побили при захвате города? Это ведь все крепкие мужики! Должны были сражаться!