Выбрать главу

Чингиз Абдуллаев

Власть маски

«И вдруг ее лицо становится великолепным лицом Медузы, которое я когда-то так любил: исполненное ненависти, перекошенное, ядовитое. Анни меняет не выражение, она меняет лицо, как античные актеры меняли маски – в мгновение ока. И каждая из этих масок призвана творить определенную атмосферу, задавать тон тому, что последует. Маска появляется и остается неизменной, покуда Анни говорит. Потом маска спадает, отделяется от Анни».

«Тошнота». Жан Поль Сартр

Если вы стелете постель, то обязательно должны в нее лечь.

Английская поговорка

Глава 1

Когда пройдет несколько лет, он будет часто вспоминать именно это дело. Возможно, оно было по-своему уникальным, единственным в своем роде. Возможно, ему никогда не приходилось сталкиваться с таким изощренным преступлением. А может, он просто не хотел признаваться самому себе, что впервые потерпел поражение в деле, в котором, как он считал, разбирался лучше всех остальных. Или его поражение было запланировано, так как он отчасти предопределил развитие ситуации, в которой оказался в результате расследования этого дела.

В этот осенний день Дронго читал новую биографию Черчилля, изданную в Лондоне. Он недавно заказал себе эту книгу и теперь с интересом узнавал массу прежде неизвестных ему подробностей о жизни выдающегося английского политика. Было около семи часов вечера, когда ему позвонил Эдгар Вейдеманис, его напарник и друг, который помогал ему все последние годы.

– Тебя ищет один очень известный человек, – сообщил Эдгар со своим неистребимым латышским акцентом.

– Надеюсь, что не президент России, – пошутил Дронго, – мне было бы трудно ему отказать.

– Почти такой же известный, – в тон ему ответил Вейдеманис. – Это руководитель российских кинематографистов. Никита Симаков. Самый известный российский режиссер в мире.

– Я хорошо знаю его отца, – ответил Дронго, – и даже старшего брата. Мы несколько раз встречались. Но с Никитой Симаковым не знаком. Хотя все его фильмы, конечно, видел.

– Он хочет тебя увидеть, – сообщил Эдгар. – Уже два раза звонил его помощник. Просят дать твой прямой номер. Либо мобильный, либо городской.

– Если просят, нужно дать. А какое дело у них может быть ко мне? Я не совсем понимаю…

– Я тоже не понимаю. Но если ты разрешишь, они сейчас перезвонят тебе.

– Валяй, – согласился Дронго. Он убрал книгу и положил трубку, ожидая звонка.

Через минуту действительно раздался звонок. Он снял трубку и услышал характерный знакомый голос известного режиссера.

– Здравствуйте, – сказал Симаков. – Это господин Дронго? Извините, что я вас так называю. Но мне рекомендовали обращаться к вам именно таким образом.

– Да, – ответил Дронго, – добрый день, господин Симаков. Я вас узнал. Ваш голос очень похож на голос вашего отца.

– Знаю, знаю, – немного певуче сказал режиссер, – вы с ним хорошо знакомы. Он мне говорил. Должен сказать, что он очень высокого мнения о ваших способностях.

– Спасибо. Я ценю его доброе отношение…

– И поэтому я, собственно, вам и позвонил. Нам нужно встретиться и переговорить. Когда это можно сделать?

– Когда хотите. Я готов встретиться с вами в любом месте и в любое время.

– В данном случае у меня к вам важное дело, и поэтому вы сами можете выбрать территорию, на которой, так сказать, состоится наша встреча.

– Мне все равно. Но разговор пойдет о деле, которое имеет отношение к моей профессии?

– Безусловно.

– Тогда давайте встретимся на проспекте Мира. Там у нас небольшой офис.

– Я бы не хотел, чтобы нашу встречу как-то зафиксировали посторонние люди. Может, в каком-нибудь ресторане?

– Тогда в «Пушкине» на Тверском бульваре.

– Почему именно «Пушкинъ»?

– Я знаю ваши пристрастия. И ваш любимый ресторан.

– Интересно. Вы специально готовились к разговору со мной или действительно знаете?

– Когда в Москве проходит Международный кинофестиваль, об этом обычно пишут все газеты. Вы, как правило, приглашаете туда своих гостей.

– Не читал. Но все равно интересно. Значит, все-таки в «Пушкине»?

– Я боюсь, что ресторан вообще не лучшее место для подобных разговоров. Можно в каком-нибудь закрытом клубе, но вы хотите сохранить конфиденциальность. Тогда лучше у меня дома. Завтра в семь часов вечера. Если вы сможете…

– Конечно, смогу. Обязательно приеду.

– Запишите адрес.

– Не нужно. Я знаю ваш домашний адрес. Я тоже готовился к встрече с вами.

– Тогда до завтра…

– И вот еще что… Одна просьба. Я знаю, что вы обычно принимаете гостей в присутствии своего помощника господина… такая сложная латышская фамилия… Вейдеманиса…