Чмокнул ее в нос, взял за руку, переплетя пальцы, и повел прочь. По дороге к постоялому двору, где они остановились, Айя еще добрых десять минут возмущалась по поводу невоспитанных парней, которые позволяют себе слишком много, но руки не отняла.
Аликан, крупный ремесленный город, сильно отличался от родного Калимана. Айя за полгода не видела столько людей, сколько здесь за день. Все удивляло ее – узкие улицы, тесно стоящие друг к другу дома в несколько этажей, отсутствие деревьев, непрекращавшийся шум. Торговцы зазывали в свои палатки прохожих, предлагая самые разнообразные товары. В кузницах стучали молотами мастера и подмастерья. Из-за жара к ним и близко не хотелось подходить. Бродячие музыканты развлекали песнями и танцами. На одной из площадей юноше за воровство присудили пять ударов. Приговор привели в исполнение тут же. Толпа ликовала.
Айяна отвернулась, чтобы не видеть, как плеть раз за разом опускалась на спину парня, не слышать его криков. Собственное бессилие угнетало ее. Быть может, тот человек украл еду из-за голода – слишком худым он был, – но никто не стал слушать его, никто не заступился. Люди охотно наблюдали за его страданиям, забыв о песне, что выводил чистый высокий голос бродячей певицы на другом конце площади.
– Думаю, на сегодня достаточно впечатлений, – произнес Квилл, крепче сжимая руку Айи. – Пойдем обратно.
Его спутница благодарно кивнула. Она уже пожалела, что настояла на этой прогулке, а не вернулась сразу на постоялый двор. Среди людей она надеялась отвлечься, но все равно думала только о поцелуе. Не знала, как вести себя с Квиллом. Посчитать ли произошедшее шуткой или допустить хотя бы на мгновение, что она тоже нравится ему? Если бы он ничего не чувствовал к ней, разве мог бы целовать так нежно?
Айяна снова прикоснулась к губам, но, поймав взгляд мужчины, залилась краской. Не хватало еще, чтобы он посчитал, что ей понравилось целоваться с ним.
Что именно пришло ему в голову, она не знала, но Квилл остановился, протянул руку, коснулся ее щеки в мимолетной ласке. Айя, стыдно признаться, потянулась за его ладонью, подалась ему навстречу, словно ждала нового поцелуя.
Мужчина наклонился к ней и прошептал, едва ли не касаясь губами мочки уха:
– Что, если снова поцелую? Оттолкнешь или ответишь?
– Сумасшедший! Люди кругом, – воскликнула Айя, пытаясь сохранить спокойствие, а сердце уже забилось быстрее.
– А если бы не было людей? – настаивал он.
Опять дразнил, разозлилась Айя, но не поддалась. Спросила совсем о другом, с удовольствием отметив удивление на лице мужчины.
– То ничего бы не изменилось. Лучше расскажи мне об Академии. Какие испытания нужно пройти, чтобы попасть туда? Как проводится обучение?
– Не знаю, – пожал плечами Квилл, – я никогда не бывал в ней. У меня был свой наставник. Он научил меня всему, что я знаю, и даже жизнью я обязан ему.
– Он спас тебя? Нет, не говори ничего! Не вспоминай! Не хочу, чтобы ты переживал это снова.
Айяна почувствовала, как изменилось его настроение. Исчезла былая легкость, словно солнце скрылось за тучами, что вот-вот должны были пролиться дождем. Квилл нахмурился, сжался, будто почувствовал огромную тяжесть на плечах, и продолжил:
– Разве об этом можно забыть? Столько лет прошло, а мне кажется, что все случилось вчера. Мама с отцом собирались на праздник. Она была так счастлива и прекрасна, он, как всегда, задумчив и серьезен. Только глядя на нее, менялся до неузнаваемости и не мог сдержать улыбки.
Мужчина на мгновение улыбнулся, погрузившись в воспоминания. Лишь в его блестящих глазах плескалась боль, что не стала меньше с годами.
– Я обиделся на них за то, что они не взяли меня с собой. Вышел их проводить, ждал, пока карета отъедет достаточно далеко. Было холодно. Я замерз и спешил быстрее вернуться в дом. Внезапно дорога озарилась яркой вспышкой. Послышался шум, будто кто-то с силой бросил нечто тяжелое на камни, и от удара предмет разбился на множество частей. Я растерялся, не мог сдвинуться с места. Не понимал, что происходит, вернее, не хотел понимать. Потом бросился вслед за родителями, но наставник перехватил меня, не дав подойти слишком близко. Он тряс меня за плечи, что-то говорил, но я ничего не слышал. Видел лишь обломки дерева и металла, обрывки ткани – красные от крови и черные от копоти.
Я очнулся в пути верхом на коне. Позади меня сидел господин Эрет. От него я узнал о гибели родителей и последовавшем за ним нападении на наши земли. Врагам удалось застать нас врасплох, перебить всех защитников и большинство слуг. Они никого не пощадили. Даже от дома ничего не осталось. Я убедился в этом, когда несколько недель назад отправился туда и увидел лишь руины.