— Присядь рядом.
Женщина без промедлений повиновалась.
— Потаскуха Рейдона родила сына. Они скрывали от меня беременность, но всё открылось. — Королева промолчала, и Вескон продолжил: — Мне следовало выпороть её, а Рейдона лишить наследства. Ему наплевать на чистоту крови нашего рода!
— Рейдон ещё молод, — вступилась за сына Рамэль.
— Я тоже был молод, но выбрал тебя! — возразил король. Его откровение стёрло с лица супруги былую радость от встречи.
Вескон никогда не скрывал, что не любит жену, а как ей к этому относиться его не заботило.
— Возможно, Рейдон любит эту девушку… как я люблю вас, — словно не замечая слов мужа, заговорила королева. Вескон не всегда знал, когда она не понимает, а когда только делает вид.
— Что за вздор! — Он вскочил с софы, отстраняясь от Рамэль, чтобы ненароком не пришибить эту глупую женщину. Ему всё ещё нужна поддержка её отца, лорда Якса. — Я не позволю им быть вместе!
— Настоящая любовь найдёт путь для воссоединения, — осмелилась заявить королева. — Вам стоит быть снисходительнее к сыну.
Короля не удивили её слова. Чувствительная дура никогда не понимала, как устроен этот мир. Ей невдомёк, что великие династии строятся не на любви, а на выгодных союзах.
Какой же союз может дать связь со служанкой? Или с целительницей, на которой женился его отец? Вескон всю жизнь стыдился происхождения своей матери, и единственное, что считал в ней полезного — это умение создавать яды и противоядия, которому она обучила сына, прежде чем скоропостижно скончаться от неизвестной хвори. С тех пор будущему королю стало проще дышать: весь двор позабыл о его матери и что она вообще когда-то существовала, а спустя пару лет не стало и его отца. Вескон III правил совсем не так, как его предшественник: искоренил из замка пирушки и бесполезных приживал, окружив себя новыми лизоблюдами, но хотя бы полезными.
— Убирайся, — приказал он жене. — Ты мне наскучила.
— Дорогой супруг…
— Я хочу побыть один.
Не став дальше спорить, королева Рамэль удалилась.
* * *
Подданные волновались за короля. Тарнут не выходил из своих покоев со дня похорон жены. По замку уже расползлись слухи, будто бы правитель Нижнего мира не отлипает от кубка с вином. Мальчишка-слуга только и успевает, что наполнять новые кувшины, раз за разом спускаясь в погреб. Принцессе Гвиннет было не под силу исправить ситуацию и пресечь перешёптывания, ей плохо давались иные роли, кроме скорбящей дочери. Как бы она ни натягивала на лицо улыбку, сквозь неё всегда проступала боль.
Их семью словно прокляли, а ведь всё так хорошо начиналось!.. Тарнут Рамадон женился по любви, что редко позволено королям. Миная привнесла в его жизнь как счастье, так и могущество своего рода. Но он чересчур открыто радовался своему везению, всем своим видом показывая двору, насколько благосклонна к нему оказалась судьба.
Уже через год его правление накрыла череда несчастий. Сначала его первенец захворал и умер во младенчестве, затем королева долгое время не могла забеременеть, а после ещё и правитель Верхнего мира начал наращивать силы, подталкивая миры к войне. Когда же заболела супруга, Тарнут окончательно уверовал в проклятье, запретив всему семейству прилюдно проявлять эмоции, однако это не уберегло его от потери жены. Вот уже несколько дней он не покидает свои покои: слишком трудно изображать невозмутимость, к которой привыкли его подданные, когда тебя захлестнуло горе.
— Отец… — Гвиннет прошмыгнула к королю, сидевшему в полной темноте. — Ты снова пьян…
— Говори громче, а то так твой голос слишком сильно похож на её.
— Придворные уже начали шептаться, будто бы ты подхватил ту же болезнь, что была у матушки, — принцесса заговорила громче и как можно менее похоже на мать. Тарнут не ответил. — Отец?..
Тогда девушка тихонько приблизилась к королю. Как оказалось, он уснул прямо в кресле. Тяжело вздохнув, Гвиннет забрала из рук отца пустой кубок, накрыла его колени меховым пледом и ушла.
* * *
— Этому не бывать! — отмахнулся Вескон. На этот раз король не кричал, но голос его звучал более, чем раздражённо. — Признать ребёнка от этой… этой…
— Она служанка, отец, — напомнил принц Рейдон. — Я не наивный глупец и не собираюсь брать Алиссию в жёны, но это мой сын. Неважно, кто его мать, в нём течёт моя и ваша кровь. Кровь рода Астер.