– Добрый день, Кристина Валерьевна!
– Дядя Паша, ну сколько я вас буду просить, перестаньте называть меня Валерьевной, а то я обижусь. Раньше ведь просто Кристей звали…
– Так то – раньше…
– А сейчас что поменялось? Я ведь не выгляжу старой каргой, так зачем вы так?
– Ладно, ладно, Кристя, иди, отец на месте. А мне так положено – я должен проявлять уважение к детям начальства…
– Это уважение заслужить ещё надо! – Кристина зло топнула ножкой и направилась к блестящему лифту.
– Вот ты, дочка, и заслужила, – тихо сказал ей вслед дядя Паша.
Войдя к отцу в приёмную, она тихонько спросила у секретарши Вероники:
– У себя?
Вероника, приветливо улыбнувшись дочке босса, шёпотом ответила:
– У себя, но очень занят. Важные клиенты…
К Веронике Кристина относилась со смешанным чувством. С одной стороны, ей было обидно за маму, которой папа изменял со своей секретаршей, а с другой… Несмотря на то, что юные девушки должны ревновать любимых ими отцов ко всем их пассиям, Кристе Вероника была симпатична, ибо по-настоящему, беззаветно и беспамятно любила её отца так, что готова была жизнью за него пожертвовать, что, собственно, когда-то почти и произошло – когда она с отцом ехала на какую-то важную встречу. Отец рассказывал Кристе, что как только Вероника увидела направленный на него автомат, который неожиданно вытащил подъехавший перед светофором мотоциклист, то, нисколько не медля, навалилась на отца и закрыла его своим телом. Слава Богу, бронированные стёкла оказались действительно пуленепробиваемыми, только потрескались снаружи, и злобный мотоциклист ретировался ни с чем. Отец потом долго благодарил своего приятеля, работавшего директором завода по производству специальных стёкол для истребителей, у которого он, собственно, и приобрёл чудо-стёкла. Ну, а уже после, через неделю, обратил своё мужское внимание и на пытавшуюся его спасти девушку, перейдя в отношениях с ней грань чисто деловых. Поэтому Кристя и не была в претензии. А, может быть, ещё и потому, что отец на самом деле вовсе не любил Веронику, просто так выражал свою благодарность. Впрочем, и мать он тоже давно не любил… Настоящее чувство он испытывал только по отношению к дочери да к своей работе, где у него открылся истинный талант гениального финансиста.
Кристя решила подождать и расслабилась, сидя в кресле, закрыв глаза и откинув назад голову. Опять легко перешла в режим ментального сканирования и невольно начала подслушивать мысли разговаривающих за стенкой…
Этот дар она открыла у себя случайно, хотя сейчас и знала, что ничего случайного в жизни не бывает. Как-то в интернете она набрела на сайт Марины Ураловой, русской ведуньи, и заинтересовалась тем, что там были выложены славянские магические практики на каждый день предстоящего месяца. Поскольку большинство «колдунов» на своих сайтах только важно раздували щёки и нагнетали таинственность, то, удивившись такой откровенности, Кристина решила испытать, насколько можно поверить написанному, и стала скрупулезно выполнять изложенные рекомендации. Всего через два месяца она очень удивилась произошедшим с ней переменам. Она похудела, фигура подтянулась, исчезли лишние выпуклости на ногах, чуть округлилась грудь, прошёл мучивший её аллергический насморк, но самое главное – Кристина вдруг стала ощущать на себе заинтересованные взгляды мужчин всех возрастов – от безусых прыщавых тинейджеров до умудрённых опытом и одышкой седых ловеласов. Хорошенько покопавшись в себе, Кристя поняла, что раскрепостилась, исчезли комплексы и девичья угловатость, она превратилась в молодую, красивую и уверенную в себе барышню без всяких намёков на пошлость. И причиной тому она небезосновательно посчитала проведённый ею обряд «притягивания любви», подробно описанный на сайте Ураловой. Вот тогда-то Кристина и загорелась всерьёз – перелопатила огромное количество эзотерической литературы, просмотрела сотни сайтов и фильмов и, в конце концов, решила поехать в Питер, чтобы познакомиться с Ураловой и созданной ею школой для женщин лично. Отца удалось легко уговорить на питерские каникулы, благо он всё равно был занят, а кроме того считал, что дети после определённого возраста должны пробиваться в жизни самостоятельно. Окончившая школу Кристина так и не смогла выбрать для себя занятие по душе, не стала поступать ни в какой вуз, а идти работать ей, слава Богу, было не надо. Потому, сославшись на проснувшуюся вдруг страсть к искусству, Кристина поехала якобы изучать архитектурные достоинства северной столицы.