Она не посмела бросить взгляд в его сторону. Стыд сковал тело, превратил его в неудобный костюм, безвольный механизм, и сейчас муж нажал на кнопку. Джиён села на диван напротив Тэо, прижав колени друг к другу так плотно, что заломило суставы.
— Проходи, Юджони, не стой в дверях, как чужой, — усмехнулся Тэо, покосившись в сторону.
Джиён и вправду услышала это — имя со смягчённым окончанием, но мозг отказывался принимать его. Так обращаются к другу, к достаточно близкому человеку.
Желудок скрутило в узел. Мир накренился.
Юджони? Что. Здесь. Происходит?!
Почему Тэо говорит с ним так, будто видит не первый раз в жизни? Откуда он знает его имя? Почему Юджон здесь? Это какая-то шутка, жуткий сон!
Приближающиеся шаги дали понять: Хван решил поучаствовать в этом представлении. Он сел рядом с Джиён, на расстоянии вытянутой руки, так близко, что теперь она могла запросто его коснуться, если бы могла. Сжать его ладонь. Дать понять, как ей безумно страшно.
— Кажется, ты и мне забыл сообщить, что встреча будет не тет-а-тет, — ледяной голос Юджона врезался в пространство между ним и Тэо.
— Взял на себя смелость подготовить для вас сюрприз, — отчеканил муж, устраиваясь поудобнее. — Джиён, не знаю в курсе ли ты, но Юджон мой давний друг. Мы знакомы со времён университета. — Он выждал паузу, упиваясь палитрой немого потрясения в её глазах. — Хм… Так ты не знала? Как же так, Юджони, ты ничего не рассказал о себе?
— Что за цирк ты устроил? — процедил Хван.
— О чём ты? Мы давно не общались вот так, в интимной обстановке, в тишине и уюте. Я думал, ты оценишь. Обидно. Даже Джиён расстроилась, посмотри на неё.
Тэо перевёл взгляд на Джиён, как будто её настроение и в правду его заботило.
— Судьба снова свела нас вместе. Разве не чудо? — хищно оскалился он.
— Ты не веришь в чудеса. Не обманывай себя.
Каждое произнесённое слово — удар. В грудь, в челюсть, в живот. Джиён начало трясти, озноб пробрался под кожу, сковал тисками.
Она не знала этого Юджона. Юджона со звенящим сталью голосом, с цепкими, как репей фразами, неподвижного, сосредоточенного. Не знала Юджона в роли друга своего мужа. Легче было поверить в то, что несколько минут назад её ударил инсульт, и она попала в свой личный ад.
— Почему ты не рассказал ей? Искренность - одна из основ… — глубокомысленно протянул Тэо.
— Это не имело значения, — отрезал Юджон.
— А сейчас?
— Сейчас тоже.
Он солгал. Джиён знала это по интонации, по дрожи в пальцах, по тому, как коротко сверкнули его глаза. Что-то он хотел сказать. Что-то важное. Но промолчал.
Какое-то время они оба молчали, не отводя глаз друг от друга, словно продолжили общаться, но уже мысленно. Джиён смотрела в одну точку — шов на спинке дивана. Еле заметный, но оторваться от него — значило вернуться в реальность, признать, что она такая же участница этого разговора, главная героиня извращённого сценария. А значит — сойти с ума.
— Знаешь, что мне интересно, Джиён? — Тэо положил голову на выставленную на подлокотник руку. — Как ты могла связаться с ним. Нет, я правда не понимаю. Чего же именно тебе не хватало, принцесса? Что есть у него, но нет у меня? — начал рассуждать он вслух. На его губах появилась лёгкая усмешка. — Неужели ты просто повелась на смазливое личико?
— Ты переходишь черту, — напряжённо перебил его Юджон.
— Черту? — повторил Тэо, будто смакуя слово. — Слышать это от тебя особенно забавно… Не думал вспомнить об этом до того, как начал трахать мою жену? Мою. Жену! — Последние слова он почти выкрикнул, превращая их в рык.
Ведомая необъяснимой силой, Джиён подняла глаза к лицу мужа. Его маска треснула. Из-под неё сочилась тьма. Её дикие всполохи искажали знакомые когда-то черты. Ноздри раздулись, радужки затопили два нефтяных пятна, костяшки пальцев побелели от того, как сильно он сжал кулаки.
И он заговорил с ней.
— Если ты подумала, что он с тобой по любви… — последнее слово он выплюнул с чистой ненавистью, — …то не льсти себе. Он не способен на это. Ну же, давай, Юджон! Расскажи с чего всё началось!