— Любовник моей жены уговаривает её поверить в то, что он был верен только ей. И всё это на моих глазах!
Тэо рассмеялся. Громко и раскатисто, запрокинув голову к потолку. Если бы Джиён сумела, то сделала бы то же самое. Происходящее — не иначе, как театр абсурда, сюрреализм, к которому она никогда не смогла бы подготовиться.
Ей хотелось уйти, но даже в этом тело отказывалось подчиняться. Замерло как изваяние, сгорбившись над фотографиями, разбросанными по полу как мусор.
Нет ничего больнее правды. Она орудует над тобой без жалости, как серийный маньяк. Надругивается над твоей наивностью, насмехается над твоими надеждами. Оставляет истекать кровью остывающее туловище в тёмной подворотне и уходит прочь. Но что из всего сказанного правда?!
Плечи сотрясались от беззвучных рыданий. Джиён сдерживала их как могла, но существует ли способ усмирить бурю?
Тэо поднялся со своего места и направился к столу. По звону стекла стало понятно, что он наливает себе новую порцию виски.
— Джи… Послушай меня… — донёсся до неё тихий, обрывистый голос Юджона. Сразу за ним — еле различимое прикосновение к руке. На этот раз Джиён не оттолкнула, сопротивляться не было сил. — Он хочет, чтобы ты сомневалась во мне и пойдёт на всё, чтобы удержать тебя. Но ты сильнее этого. Ты заслуживаешь любви, а не контроля. Я приму любое твоё решение, каким бы оно ни было. Исчезну из твоей жизни, если ты этого захочешь. Но хочу, чтобы ты знала… — Он замолчал на мгновение, и в течение его Джиён боялась сделать вдох. — Я люблю тебя. И это единственная правда в этой комнате.
Послышался щелчок. Не похожий ни на что знакомое. Резкий и звонкий как разряд дефибриллятора. Металлический. А за ним глухой голос зверя.
— Мне надоело слушать эту лирику.
Дикий страх. Джиён почувствовала его всем своим существом. Пульс подпрыгнул до предела от предзнаменования чего-то по-настоящему критического.
Медленно, очень медленно, она повернула голову и увидела пистолет, приставленный прямо к голове Юджона. Сердце пропустило удар. Конечности онемели.
— Тэ… Чт… Что ты… Делаешь?! — заикаясь, выкрикнула Джиён. Перед глазами плясали искры, всё пестрило и переливалось безумным калейдоскопом.
Она никогда не видела оружия в руках мужа. Даже представить себе не могла, что когда-то столкнётся с подобным. Тэо бизнесмен, а не мафиози. Огнестрелом владеют только его бодигарды, и о наличии у каждого из них орудия убийства Джиён догадывалась только по характерным выступам под пиджаками. Никто. Никогда. Не доставал оружие при ней, а тем более муж.
Юджон замер. Его челюсти сжались от напряжения, кадык нервно дёрнулся. Лицо бесстрастное, почти спокойное, как если бы он знал, чем всё закончится, но всё равно пошёл до конца.
— Я очень. Очень расстроен твоим поступком, принцесса, — безэмоционально проговорил Тэо, презрительно скривив губы. — Я дал тебе всё, чтобы ты ни в чём не нуждалась. Статус, роскошную жизнь, драгоценности…
— Убери пистолет, Тэо… Умоляю тебя… — не выдержала Джиён, перебив его монолог.
— Нет. Нет, Джиён, — хрипло усмехнулся он. — Не смей говорить мне, что делать. Не после всего этого…
— Тэо, опусти пушку. Не создавай себе проблем… — ледяным голосом отчеканил Юджон.
— Заткнись! — Выпалил Тэо, сильнее вдавливая оружие в его голову.
Муж был похож на безумца, ничего не соображающего от гнева. Он захватил каждую клеточку его тела. Подчинил его разум, его действия, его речь. Всего целиком.
— Я позволял тебе не считать мои деньги, — немного тише, но злее продолжил он, — избавил тебя от работы, предоставил доступ в такие места, о которых ты раньше и мечтать не могла. Кем ты была до этого? — Тэо вопросительно поднял брови, и Джиён почувствовала, как шею сжимает стальной хваткой, как если бы муж душил её не прикасаясь. — И за мою щедрость, за мою любовь, ты отплатила мне этим. Легла под этого… — Он толкнул Юджона дулом пистолета, качнув его голову вперёд, — …лживого, — ещё толчок, — сукиного сына!
— Тэ… Тэо, пожалуйста! — Джиён закрыла руками рот от ужаса. Слова падали, обрывались, крошились между стучащих зубов. — Пожалуйста, Тэо, давай поговорим!