Джиён сразу же вспомнила о блёстках. Этот парень ведь не собирается добавить их на вечеринке её свекрови? Было бы слишком неловко. Кивок — всё, чем она смогла ответить на пытливый взгляд. Получив согласие, бармен сразу же занялся работой.
Сердце стучало так громко, что Джиён не могла сосредоточиться. Мёнсу. Чихо работает на Мёнсу, и она может попросить дать его номер! Перед глазами запрыгали пятна от нервного возбуждения, кончики пальцев онемели. Если кто и сумеет помочь ей выбраться из капкана, то только босс мафии. По счастливой случайности, он — бывший, с которым у Джиён сложились странные, но тёплые отношения. И это тот человек, который никогда не оставит в беде.
Её тело теперь не могло перестать двигаться. Пальцы заправляли волосы за ухо, ноги переминались, грудная клетка вздымалась и опадала от частого дыхания. Джиён считала секунды до того момента, пока Чихо снова не окажется рядом — с коктейлем и нужной ей информацией.
Когда он наконец поставил перед ней бокал с напитком тёмно-красного цвета, она уже открыла рот, чтобы задать свой вопрос, но слова застряли в горле — бармен коротко представил своё творение:
— Ваша «Гейша».
Джиён сцепила пальцы на столешнице, чтобы не упасть — на плечи словно что-то упало. Отголоски, отдельные фрагменты памяти вспыхнули ярко и живо, ослепили на несколько долгих секунд, и она потеряла дар речи. А когда опомнилась, Чихо уже отошёл, чтобы подарить своё внимание другим.
Решимость вскипятила кровь. Она не уйдёт отсюда, пока не получит номер Мёнсу. Если придётся заказать ещё десять коктейлей, чтобы он заговорил — что ж, она готова. Главное — не упустить шанс.
Джиён взялась за ножку бокала трясущимися пальцами и поднесла к губам. Блёсток в «Гейше» на этот раз не было, зато вкус остался тем же. Он ассоциировался с одним конкретным человеком. С тем, кто разделил её жизнь на до и после. Поджав губы, Джиён постаралась собраться — глубоко выдохнула и прикрыла глаза. Слёзы так и хотели пролиться, соль начала обжигать, и она почувствовала влагу на лице. Нельзя плакать. Не здесь.
Схватив салфетку, заботливо предложенную Чихо с коктейлем, она уже хотела незаметно промокнуть щёки, но вдруг что-то на ней привлекло внимание.
Буквы? Цифры? Что это?
Джиён оглянулась, проверяя не смотрит ли на неё кто-нибудь, и убедившись в безразличии гостей, осторожно развернула вдвое сложенный квадрат. Новая волна удивления на этот раз почти сбила с ног. Печатным шрифтом, синей пастой было выведено одно предложение:
«Доверься мне, когда погаснет свет».
✦✦✦
Она несколько раз перечитала записку. Каждое слово по отдельности и всю фразу целиком. Может быть, это очередная задумка организаторов — красивая цитата как дополнение к каждому напитку? Что-то вроде печенья с предсказаниями. Но, в таком случае, листок не был бы салфеткой с написанными от руки буквами. Как минимум, Джиён получила бы заламинированную карточку с украшением из замысловатых узоров. Свекровь не экономила на деталях.
Что, чёрт возьми, всё это значит?
Чихо курсировал за баром, удалившись на другую сторону стойки, и вообще не собирался приближаться. Джиён это жутко злило. Вручил непонятный шифр без каких-либо объяснений и просто оставил её разбираться с этим. Нет, так не пойдёт. Она втянула остатки коктейля через соломинку, и направилась прямо к нему.
Выждав пока дама в бежевом костюме сделает заказ, Джиён махнула рукой, подзывая бармена к себе.
— Слушаю вас, — как будто ничего не произошло, обратился к ней Чихо, натирая стакан белоснежным полотенцем.
— Что это значит?
Джиён выставила руку на столешницу, зажав салфетку между двух пальцев. Бармен сразу же посмотрел по сторонам, словно опасаясь, что кто-нибудь заметит их разговор. Выглядел он странно. Несвойственно для себя — напряжённо. Бросив взгляд на часы, он схватился за тряпку, и потянувшись вперёд, начал вытирать несуществующее пятно перед Джиён.
— Стой здесь, — услышала она его шёпот сквозь разговоры и музыку.
У Джиён пересохло в горле. Предчувствие необратимого поползло по коже, как стая мелких насекомых. Ничего не происходило, но это было не так. Похожие ощущения человек испытывает, когда ему завязывают глаза. Зрение перестаёт функционировать, а вот остальные органы чувств обостряются. Ты не видишь, а слышишь чьи-то шаги за спиной, чьё-то дыхание — и от этого становится действительно жутко. Джиён застыла на месте, не в силах сорвать с себя эту воображаемую повязку.