Мёнсу не знал, зачем отпрыск чеболя, скрывающего своё главенство в клане, забрёл так далеко от центра. Выглядел он так, словно только что вышел из бутика на Чхондам-доне — и по нелепому стечению обстоятельств оказался в этом забытом богом месте.
— Как давно ты живёшь в этой помойке? — начал он, не торопясь проходить куда-то дальше порога.
— Хочешь поселиться по соседству? — холодно отозвался Мёнсу, помешивая лапшу в старой кастрюле.
Он не собирался пресмыкаться перед сынком Вониля. Тот явился с какой-то целью, значит от Мёнсу ему что-то нужно. Всё именно так, а не наоборот.
— Ты бесстрашный, — усмехнулся парень, и повёл плечами. — Это хорошо.
— А ещё жутко голодный. Знаешь, что еда плохо усваивается, когда кто-то стоит над душой?
— Я не займу много времени, — младший Кан расстегнул верхнюю пуговицу пиджака, и сделал шаг вперёд. Мёнсу обратил внимание на то, что он не оставил свою обувь у входа. Воспитание ни к чёрту, зато полная задница денег.
— Уверен, что ты оказался на дне не из-за слабости. А потому что никто не кинул тебе лестницу.
— И ты её принёс? — Мёнсу ухмыльнулся, вздёрнув бровь.
— Кое-что получше, — кривая улыбка скользнула по капризным губам Кана. — Я принёс нож. И ты сам решишь, что с ним делать. Перерезать всех, кто тянет тебя вниз и выложить себе дорожку из трупов или… — он выдержал паузу, сверля Мёнсу чёрными зрачками, — …или перерезать всего одно горло. Горло моего отца.
Сначала Мёнсу подумал, что ослышался. Переход от размытых аналогий к сути произошёл слишком резко. Немного помолчав, он решил удостовериться:
— Хочешь, чтобы я избавил тебя от конкурента?
— От старика, который не торопится уходить на покой.
Он верно расслышал. Сынок, который заказывает своего отца. Какая точная иллюстрация на пособие для родителей под названием «Как не надо воспитывать детей».
— Я не наёмник, — отрезал Мёнсу.
Он выключил газ и снял кастрюлю с плиты. Голод сжимал желудок до боли, и ему ужасно не хотелось вести философские разговоры с богатым придурком. Мёнсу хотелось одного — поесть. Прошли сутки с момента последнего приёма пищи.
Кан следил за его действиями почти с интересом. Наверное, точно так же он бы рассматривал животных в зоопарке.
— Сколько стоит жизнь человека по-твоему? Не стесняйся назвать цену, — услышал Ли вкрадчивый голос за спиной.
На секунду он даже задумался. Представил, как может вернуться к нормальной жизни, навестить родителей, пусть и не заглядывая им в глаза. Но тут же одёрнул себя. Он не убийца. Есть и другие способы разобраться с проблемами, нужно только найти их.
— Ладно, раз ты такой скромный, у меня есть предложение, — Кан посмеялся, и Мёнсу обернулся, чтобы наконец сказать ему валить из дома. Этот богатей уже порядком ему надоел. — Ты займёшь место моего отца в клане. Я поручусь за тебя, скажу парням, что отказываюсь от управления и передаю его достойному человеку. Они не пойдут против моей воли. Одно верное движение — и ты забудешь про это место. Про то, что тебе вообще может чего-то не хватать. — Скорее всего Кан увидел то, насколько сильно Мёнсу шокировали его слова, а поэтому улыбнулся ещё шире.
Ему на полном серьёзе предлагают место Вониля? Место босса клана? Это что, шутка, мать вашу?
Минуту они просто смотрели друг на друга.
— Почему я? — услышал Ли свой охрипший голос. Он и сам не понял, почему вдруг решил задать этот вопрос, а не послать накрахмаленного придурка с его безумным предложением за дверь.
— Всё просто, — Тэо пожал плечами. — Мне нужен тот, кто будет благодарен. Кто-то способный и упёртый, мечтающий выбраться из вонючей канавы, — он обвёл говорящим взглядом обстановку. — Кто-то вроде тебя.
— Таких как я много.
— Ты ошибаешься. — Лицо Тэо вдруг потеряло всякую насмешливость. — Никто из отморозков отца не смеет ему перечить. Ему либо поклоняются, либо боятся до ужаса. Но ты не похож ни на одного из них. Я понял это сразу, как только увидел тебя.