— Я тут подумал, что пора повышать цены, инфляция и всё такое… — протянул Чихо, рассматривая потолок как будто нашёл там старинную фреску.
— Если продолжишь в том же духе, мне придётся тебя уволить, — отрезал Мёнсу. — Садись.
Бармен дёрнулся и в два шага оказался у кресла, стоящего перед столом Ли, а через секунду уже сидел на нём. «Во всём клубе не найдётся более преданного работника» — мысленно усмехнувшись, подумал Мёнсу. Чихо обожал свою работу.
— Окей, босс, вы умеете быть убедительным. — Он кивнул, складывая руки перед собой. Лицо, как всегда выражающее богатый спектр эмоций, выдало хищный интерес. — Но что-то мне подсказывает, что в этот раз я чем-то рискую.
Если не брать в расчёт доступность Чихо практически в любой момент, что всегда играло на руку и экономило время, Мёнсу нравилось видеть его тягу к тихому беспределу. В этом он был лучшим.
Ли хмыкнул и склонился к ящику стола. Набрав пароль, он достал предмет, который с особой бережностью хранил несколько лет — маленькую флешку в металлическом корпусе.
— Рискуешь… Нарушить равновесие. — Двумя пальцами он направил флешку по столу, оставляя её перед Чихо. — Или восстановить его. Как посмотреть.
Бармен сглотнул. Его глаза сузились на вещице. Театральность покинула Чихо, на её место пришла концентрация. И когда Мёнсу понял, что этот момент настал, просто добавил:
— Ты должен скинуть бомбу.
✦✦✦
Тишину пентхауса нарушал только звук телевизора. Он отражался от стен, вился под потолком, блуждал в каждом углу. Все каналы этим утром стали похожи друг на друга.
— …по неподтверждённой информации, в распоряжении прокуратуры оказалась аудиозапись, в которой Кан Тэо, известный как владелец крупнейшего конгломерата Южной Кореи CJ Group якобы обсуждает…
Палец нащупал кнопку, и картинка на экране сменилась. Но это ничего не значило.
— …на аудиозаписи, полученной от неизвестного источника, владелец…
Следующий.
— …обсуждает с неизвестным убийство своего отца. Основателя CJ Group Кана Вониля. В данный момент правоохранительными органами ведётся экспертиза голоса, но по предварительным данным, они уверены в том…
Следующий.
— …акционеры требуют немедленного расследования…
Тэо сидел перед телевизором, и смотрел в одну точку. На столе перед ним — недопитый бокал виски, четвёртый по счёту. Рядом — ноутбук, на экране которого можно было увидеть биржевые графики. Прямые линии, устремлённые чётко вниз. Телефон начал разрываться примерно в шесть утра и с того момента ни на минуту не замолкал. Экран гас и загорался. Загорался и гас. Как новогодняя гирлянда. Сотни неотвеченных звонков и сообщений.
Тэо смотрел, как от непрекращающейся вибрации трубка движется всё ближе к краю стола. Сейчас. Его взгляд скользнул за телефоном, наконец свалившимся на пол.
Он просчитался.
Вероятности, предположительные исходы, структуры, возможные риски и планы. Всё то, чем Тэо владел на высочайшем уровне, всегда подчинялись ему, как опасные хищники на манеже. Он был одарённым дрессировщиком.
Но он просчитался. Пасть сомкнулась прямо на шее.
Ли Мёнсу. Ничтожество, имени которого никто не знал, пока он, Тэо, не дал ему возможность заявить о себе. Пешка в шахматной партии, что должна была сыграть свою роль и слететь с доски. Тэо хотел быть первым. Хотел найти его слабые точки, а потом с помощью них обезопасить себя от единственного свидетеля. Но ничего не вышло. Он не успел.
Ли Мёнсу. Человек, которого он недооценил.
Человек, который разрушил всё.
Тэо откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Когда он успел включить диктофон? В какой момент? Запись, которую запускали на каждом канале, вновь врезалась в уши. На ней его собственный голос звучал холодно. Расчётливо. Уверенно. Жестоко.
Он много раз слышал себя со стороны, но сегодня не чувствовал ничего кроме отвращения. Джиён была права. Он — чудовище.
Телевизор умолк — Тэо с силой вдавил кнопку в корпус пульта и откинул его в сторону. Гостиную поглотила плотная душная тишина.