Юджон смотрел, пригвоздив её тяжестью своих глаз к подушке, и явно наслаждался раскинувшимся перед собой видом. Сведённые брови и приоткрытый рот выдавали его реакцию — он и сам терялся в разделенных на двоих ощущениях.
Джиён хватило пары глубоких движений Юджона. А ещё его пальцев, сжимающих её твёрдый сосок, чтобы упасть на самое дно безумия.
— Юдж…ах.
Она изогнулась в спине, выкрикивая начало его имени и забывая своё одновременно. Почувствовала, как он ласкает большим пальцем клитор, продолжая проникать ещё сильнее, вбиваясь в податливую плоть. Убивая, уничтожая и терзая в самой прекрасной на свете пытке. Доводя до кругов и мерцания перед глазами.
Джиён потеряла счёт времени, и обрела его только тогда, когда почувствовала влагу на животе. Мозг превратился в желе и ей было противно от мыли о том, что это состояние когда-то придётся покинуть.
На несколько минут комната погрузилась в молчание. Они оба с колотящимися сердцами просто лежали рядом.
Начало осознания пришло немногим позже — Юджон начал убирать беспорядок, воспользовавшись салфетками, прильнул губами к её плечу.
— Назови мне дату и время, чтобы мы могли встретиться ещё.
— Так уверен, что мой первый раз здесь не станет последним? — Джиён тихо усмехнулась, всё ещё не находя силы для того, чтобы отдышаться.
— Я убеждён в этом, — Юджон провёл пальцами между её грудей, прочерчивая дорожку вниз, почти невесомо касаясь покрытой испариной кожи. — Тебе слишком понравилось. — Он дёрнул уголком губ, поднимая глаза к её лицу.
Смотреть в них — сдаваться без боя, тонуть в огромном нефтяном пятне.
— Какая самоуверенность. — Беззлобно протянула Джиён.
— Я бы назвал это наблюдательностью.
Юджон прижался к её соску губами. Тёплыми и невозможно мягкими. Это настоящая привилегия — чувствовать их своим телом. От приятного ощущения глаза Джиён прикрылись, а из лёгких вырвался еле слышный порыв воздуха.
— Мои жизненные обстоятельства… — живота коснулся кончик языка Юджона, — …не позволяют запланировать встречу здесь.
— В таком случае… Я приложу все усилия, чтобы перед уходом ты оставила мне свой номер.
Прикосновение его волос ко внутренней стороне бедра. Сильные пальцы, что так нежно обхватили ногу, приподнимая и немного двигая в сторону. Язык, нахально скользнувший по самому центру, разжигая новый пожар. Там, где ещё не успел угаснуть прошлый.
Джиён схватила ртом плотный воздух, понимая, что теперь ей всегда будет мало.
✦✦✦
Такси двигалось бесшумно, скользя по ночному городу. На фасадах домов отсвечивали вывески — словно уставшие, они окрашивали тротуары в разноцветные блики, изо всех сил призывая обратить на себя внимание. Но улицы были пустынными. Жители Сеула, даже самые заядлые тусовщики, уже разошлись по домам. Пейзаж затянуло тёмно-синим — ещё не утро, уже не ночь — то самое пограничье, в которое можно почувствовать себя уединённо даже в городе миллионнике, прямо в центре — рядом с деловым центром в районе Каннамгу. Автомобиль свернул с пустынного проспекта, и снова: тёмное стекло окон, переливы фонарей, растворяющиеся в нём, кроны аккуратных деревьев с недвижимой листвой — без ветра они напоминали фигуры из картона — всё сливалось в одно неразборчивое пятно.
Джиён бросила взгляд на экран телефона. От яркого света, ударившего в глаза, пришлось прищуриться. 4:30.
Тэо так и не позвонил.
Телефон в ладони был холодным и пустым. Ни одного сообщения. Ни вопроса, где она, ни требования объяснить, почему её до сих пор нет дома. Лишь пустота, от которой внутри что-то сжалось. Абсолютное безразличие укололо больнее, чем допрос, который мог случиться.
Это к лучшему. Пусть так, чем придумывать неправдоподобные оправдания.
В зеркале заднего вида она встретилась глазами с водителем и быстро отвела взгляд. Что он думает о ней? Размышляют ли таксисты о том, откуда забирают своих пассажиров и куда везут?
От его любопытства хотелось спрятаться. Наверняка, сейчас вид Джиён говорил о многом. Она пригладила рукой волосы, в попытках привести их в должный вид.