Но что для других иллюзия власти, для Мёнсу вполне реальный спусковой крючок. Обладание информацией, которая иногда может пустить под откос чью-то жизнь — его коронный приём. Припрятанный туз в рукаве имел значительный вес в переговорах и решал патовые ситуации, если такую карту всё-таки нужно было разыграть. Но пользоваться подобным методом шантажа можно было лишь в качестве исключения, иначе слух о том, что конфиденциальность в таком месте как «Sodom» нарушена, может испортить весь шарм прибежища порока.
Ноги повели Мёнсу по привычному маршруту прямо к бару. Час свободного времени он может провести здесь, и алкоголь, возможно, справится с задачей заглушить голоса в голове перед тем, как нужно будет вернуться к делам.
Сердце пропустило удар, как только Ли узнал знакомый профиль девушки за баром.
Джиён улыбалась Чихо, ведя какой-то непринуждённый разговор, слегка покачивая ногой. Уверенность в том, что здесь он её больше не увидит, была железной, но как известно, ошибаются даже самые расчётливые и логичные.
Мёнсу застыл на месте, наблюдая за этой картиной и не понимая стоит ли ему приближаться. Может быть, лучше не показываться? Эта улыбка точно исчезнет с лица Джиён, как только он подойдёт. Стирать её не хотелось.
Так красиво.
Он ненавидел себя за то, каким беспомощным существом она его делала.
Несколько секунд Мёнсу просто стоял на расстоянии, а потом сделал шаг вперёд, заставляя себя ворваться в её мир.
Было ли это эгоистично? Наверняка. Но он ничего не мог с собой поделать. Всё внутри требовало начать разговор, который, конечно же, её шокирует. А потом ей станет легче.
Ли молился об этом, не веря ни в одного Бога, но надеясь, что кто-то услышит. Передвигая ноги, приближаясь к хрупкой фигурке.
Его молчание, растянувшееся на несколько лет, привело их в ту же точку. Мёнсу был уверен, что Джиён чувствует то же жжение в груди, что поселилось у него под сердцем. Он знал это. Чувствовал жар, исходящий от её тела. Безжалостный и яркий. И он никогда не оставит их в покое. Будет медленно тлеть, превращая органы в угли.
Как только он всё расскажет, ей станет легче. Спустя какое-то время точно.
Глава 5. Koi no yokan
Слаб из-за любви,
И от любви силён.
Иоганн Вольфганг фон Гёте
✦✦✦
— Джи.
Голос, такой знакомый и по-своему родной, ворвался в сознание. Заставил отвлечься от инфантильного обсуждения любимого коктейля бармена — она как раз собиралась задать вопрос «Добавляешь ли ты сам себе эти блёстки?». Заставил ощутить немного болезненный укол под рёбрами воображаемым острым предметом.
Джиён молча смотрела на человека в идеально сидящем чёрном костюме, не в силах выдавить из себя хоть какое-то слово. Мёнсу напоминал тень, и это было действительно хорошим описанием, потому что он, так или иначе, был всегда где-то на периферии, почти всю жизнь после их встречи в пятнадцать лет, когда перевёлся в ту же старшую школу. Кроме того периода, когда бросил её, конечно же.
На его аристократично-бледном лице поселилось нечитаемое выражение, но в глазах было что-то звенящее и тяжёлое. Печаль, грусть?
— Ты не отвечаешь на мои сообщения. — Губы Мёнсу двигались, не искажая безупречную маску небожителя.
— Потому что мне незачем это делать, — вздохнув ответила Джиён, отворачиваясь в надежде спрятаться и продолжить оборванную беседу с Чихо, но тот уже обратил внимание на другого посетителя.
Предатель.
— Нам правда нужно поговорить, — рука Ли легла на столешницу бара, обозначая его твёрдые намерения довести дело до конца.
— Это нужно только тебе, Мёнсу.
Джиён положила ладонь на щёку, закрываясь, пробуя ещё одну попытку увернуться.
На несколько секунд повисло молчание. Откуда-то сбоку послышался смех. Иррациональный в этой обстановке и эмоциях, что сейчас царапали изнутри.
Джиён не хотелось вспоминать тот вечер. Вечер, отобравший у неё друга, которого она смастерила из бывшего. Собственную ошибку, которая привела к этому. И тем более говорить на эту тему. Стыд за свою просьбу, и за реакцию на последующий за ней отказ, разжигал лицо.