Porsche остановился у дома из серого бетона, что возвышался большими кубами над дорогой. Некоторые из его фасадов были полностью стеклянными. Они отражали свет улицы, зеркалом растворяясь в темноте вечера.
Тяжёлые железные ворота поднялись над асфальтом, и автомобиль медленно въехал на частную территорию, обнесённую массивным чёрным забором.
Джиён с интересом рассматривала все детали, подмечая про себя утончённый современный вкус владельца. Минималистичное строение подсвечивалось с земли, над аккуратно подстриженной лужайкой возвышалось несколько сосен. Здесь было уютно и спокойно, гораздо теплее, чем в теряющихся на высоте комнатах, в которых проходила её жизнь.
— Здесь чудесно.
Она не смогла сдержать эмоций, поднимаясь следом за Юджоном по широкой каменной лестнице на террасу, что располагалась на уровень выше. Ветки хвойных спускались над ступенями, образуя природный коридор.
— И иногда слишком одиноко. Но я люблю этот дом. — Он подал руку, выводя её на газон, по всей видимости, являющийся крышей первого этажа.
— Ты не создаёшь впечатление одиночки, — абсолютно искренне ответила Джиён. — Больше похож на человека, всегда находящегося в центре событий.
Просто потому, что куча страждущих всегда валяется у твоих идеальных ног, в надежде быть замеченными.
Эту мысль она решила оставить при себе.
— Рад, что не выгляжу грустным интровертом, — Юджон усмехнулся. — Но тебе стоит встречаться со мной чаще, если хочешь увидеть не только вершину айсберга.
— В конце концов ты окажешься серийным маньяком, приглашающим девушек в свой дом и закапывающим тела на заднем дворике? — Джиён драматично прижала руку к груди, как будто прямо сейчас открыла для себя страшную правду.
Юджон откинул голову, заразительно рассмеявшись на её догадку и, вероятно, великолепные актёрские способности. Если на небесах кто-то существовал, то в этот момент он тоже услышал, как красив был этот звук.
— А ты проницательная, — он цыкнул, надевая маску своего опасного персонажа-психопата, раскрытого находчивым детективом. — Но я всегда нежен, ты даже не успеешь почувствовать боль.
— Что ж, если здесь я найду свой покой, то будь добр, приноси мне пионы на могилку, я их так люблю... — Тяжело вздыхая и стараясь скрыть улыбку, продолжила этот спектакль Джиён.
— Как скажешь, любое твоё желание — закон. Чуть позже выберем тебе самое красивое место за домом. Ты достойна лучшего.
Они оба разразились смехом, не находя сил продолжать разговор-триллер.
— Ты купил его или сам занимался постройкой?
Отдышавшись, Джиён вернулась к нормальной теме, в желании узнать все интересующие факты об этом человеке. Шагая почти на цыпочках, она прилагала массу усилий, чтобы не проваливаться каблуками в траву, похожую на зелёный ковёр.
— Я слишком придирчив к архитектуре и комфорту, поэтому от начала до конца здесь всё было под моим контролем. Изначально здесь был только кусок земли, доставшийся мне от родителей.
Юджон остановился, и не спрашивая, поднял Джиён на руки, прекращая её мучения, хотя до конца мягкого живого покрытия оставалось совсем немного. Она вскрикнула и засмеявшись, обвила руками его шею, прижимаясь ближе. Как будто только для того, чтобы удержаться.
Под реечным навесом раскинулась мягкая зона летних диванов, шириной больше похожих на небольшие кровати с невысокими спинками, и несколько столиков разной высоты. Светильники-шары, раскиданные по всей площади лужайки, были похожи на маленькие светящиеся планеты. Усадив Джиён на один из диванов, Юджон выпрямился.
— Они живут в Корее? — Продолжила расспрашивать она.
— Нет. — Он хмыкнул. — Их не стало, когда мне было девятнадцать.
— Ох… — Джиён опешила, не ожидая такое услышать. — Прости…
— Всё в порядке, — Юджон пожал плечами. Слишком легко для человека, потерявшего свою семью. — У нас были не очень тёплые отношения.
— Мне жаль…
— Брось. Всё в прошлом. — Юджон легко прикоснулся к щеке Джиён, поднимая её голову к себе, чтобы заглянуть в глаза. — Дай мне пару минут, я схожу за вином.
Тепло улыбнувшись, он развернулся и пошёл по направлению к летней кухне.
Через несколько минут столик заполнили закуски — несколько видов сыра, виноград, оливки и орехи. Хван подал наполненный на одну треть бокал Джиён, и устроился рядом, откидываясь на подушки.