Всё начиналось как интрижка. Выгодный обмен. Тэо — её гибкое тело, охотно отвечающее на ласки, а ей — потрясающий мужчина, способный на время затушить негаснущий пожар в душе. Губами, властными объятиями и тем, как хорошо он чувствовался внутри.
Произошедшее должно было стереться из памяти как очень правдоподобный сон. Ошибка, которую Джиён решила себе простить в силу выпитого и списать на жажду по теплу. Но на следующий день президент Кан пригласил её на ужин, после на обед, и вот они снова оказались в одной постели.
Сводящие с ума поцелуи Тэо между разведённых ног. Зажатые в сильной ладони собственные кисти над головой. Горячее тело, вдавливающее её в матрас так правильно и сокрушающе.
Джиён потеряла дар речи, когда спустя полгода таких встреч он встал перед ней на одно колено.
Люди его сорта не выбирают жену при подобных обстоятельствах. Любовница да, но супруга владельца огромной корпорации? Только из списка подходящих кандидаток.
Родители в таких семьях принимают непосредственное участие в поиске партии для наследника, но Тэо предотвратил все попытки своей матери влезть с советами. Их разговоры остались для Джиён за закрытыми дверями. Она лишь один раз случайно услышала громкое: «Твой отец этого бы не позволил, если бы был жив!» проходя мимо кабинета в имении семейства Кан, когда они приехали на ужин. Через несколько дней Джиён и Тэо официально объявили о помолвке.
Первые месяцы они растворялись друг в друге — страсть бурлила, влюблённость казалась вечной. Но когда круговорот пьянящих гормонов затихает, чувства либо перерастают во что-то великое и вечное, либо медленно угасают, перерождаясь в привычку.
Именно на неё Джиён и натыкалась сейчас в его взгляде. Тихая, как забытый сад, привычка.
— Я счастлив, что три года назад мы с тобой встретились, принцесса, — почти с правдивой сентиментальностью звучал Тэо. И Джиён порадовалась, когда следующее предложение оказалось последним:
— Ты лучшее, что со мной случилось.
✦✦✦
Вязкий воздух августовской ночи не приносил облегчения. Душно было даже здесь, на высоте, где обычно гулял ветер. Джиён стояла, облокотившись на ограждение, и смотрела вниз, на бурлящий город-муравейник. Когда-то она была его частью, но теперь её дни проходили среди роскоши, власти и денег. И Джиён уже начинала забывать, как оно — жить «там».
Стало ли хуже? Нет. Просто иронично — спокойствия нет и здесь. Остаётся лишь смириться.
Позади послышались приближающиеся шаги. Джиён напряглась, разрываясь между желанием изобразить благодушное выражение и надеждой, что очередной гость оставит её в покое. Мысленно простонав от негодования, она развернулась, натыкаясь глазами на знакомую острую ухмылку.
— Мёнсу?
Человек сделал ещё пару шагов на встречу, выходя из тени, и встал рядом.
— Надеюсь, ты не против моей скромной компании? Хотел поздравить лично, — он лениво облокотился на ограждение спиной и отпил из своего бокала.
— Конечно, нет. Ты же знаешь, — пожала плечами Джиён.
Она молча смотрела на него, удивляясь, как стабильно хорошо он выглядел. Почти раздражающе стабильно.
Тёмно-синие классические брюки сидели безупречно. Запонки с гравировкой, скромные на вид, но явно стоящие немало, чтобы находится в такой близости от его тела, бликовали в манжетах белой рубашки в свете ярких уличных ламп. Галстук с серебряной нитью, туго затянутый даже в конце вечера, украшал шею.
Джиён невольно вздрогнула, ловя обрывки воспоминаний. Раньше любимым предметом его гардероба была не мало пожившая косуха. Сейчас же мужчина рядом совсем не похож на того парня. Пусть взгляд и остался тем же. Хитрым, изучающим.
— Не хочу быть одним из многих, но не могу промолчать. Шикарно выглядишь. — Взгляд Мёнсу скользнул по фигуре Джиён. Даже в своей беззаботности он умел смущать.
— Ты не первый, но, пожалуй, самый убедительный, — тихо посмеялась она. — Спасибо.
Первый раз за этот вечер она почувствовала облегчение — в их с Ли Мёнсу разговорах не нужно было выбирать слова. Можно просто говорить правду, и не бояться, что за неё на тебя навесят какой-нибудь ярлык.
Как они умудрились стать близкими друзьями, Джиён так и не поняла. И никогда не верила, что это возможно между теми, кого раньше связывало слишком многое. Но теперь искренне ценила странную эволюцию их отношений. Ли, пожалуй, был единственным, кому она могла доверять. Спустя года, среди новых и старых знакомых Тэо, он оставался по-своему родным — даже если от прежнего Мёнсу мало что осталось.