Вернувшись на своё место, она поправила на груди рубашку, расстёгнутую на три пуговицы. Явно с намерением показать выдающиеся объёмы. В комплекте с ними шли острые стрелки и губы цвета чили, превращающие Чо в хищницу за мужским взглядами.
Юджон прекрасно умел отличать флирт, и не раз сталкивался с его проявлениями на встречах с Хаюн, никак не реагируя на её действия. Для себя он вывел одно простое правило — не спать с теми, с кем работаешь. Ничего хорошего из этого не выйдет, особенно если твой лучший куратор рассчитывает на что-то большее, чем секс. Обиды и драмы плохо влияют на сотрудничество.
Правда Чо либо не хотела с этим мириться, либо откровенно хреново читала отсутствие ответных знаков внимания, не переставая упорно добиваться своего. Но подобная напористость, как правило, ещё больше отталкивала.
— Икенага спрашивал нет ли у нас галереи в Японии. Он бы очень хотел выставляться не только заграницей, но и в своей стране. Настоящий патриот, отсюда и такая любовь к традициям, конечно же. Я объяснила, что наши правила запрещают ему выставляться ещё где либо, если мы подписываем контракт и, знаете, он заметно расстроился…
Хаюн говорила что-то ещё, а Юджон не мог оторвать глаз от экрана своего телефона. Тот вибрировал, высвечивая имя того, с кем говорить сейчас совершенно не хотелось.
Кан Тэо.
Есть вдруг резко перехотелось. Чувство тревоги захватило Хвана, сжимая желудок.
Что он должен сказать, когда поднимет трубку? Кан явно пожелает узнать видел ли Юджон в клубе его жену, и если да, то имя того, кто должен задуматься о выборе урны для своего праха. И, чёрт, он ещё не придумал стратегию своей лжи. Вчерашняя ночь прошла в постели с Джиён, и как-то совсем не было времени написать сценарий.
Хван не испытывал чувства вины. Нет, то было не оно. В конце концов отношения с Тэо уже несколько лет были даже не рядом к категории тёплых. Он не уводил его женщину, и с самого начала ничего о ней не знал. То, что было после — осознанный выбор, и это действительно можно назвать проступком, но не было смысла жалеть о содеянном.
— Юджон-щи, — Хаюн накрыла своей рукой пальцы Юджона, и он уставился на них, как на нечто инородное, отвлекаясь от мыслей. — кажется, вы совсем меня не слушали. Я говорила о…
— Прости, мне нужно ответить на звонок. — Не дослушав, Хван поднялся со стула, и одним глотком допив кофе, направился в сторону выхода на улицу.
Прокрутив в голове варианты ответа, и собравшись с мыслями, он нажал на кнопку вызова после двух пропущенных. Полуденное солнце лизало кожу и сейчас как никогда хотелось вернуться под кондиционер. Юджон даже подумал сесть в машину, чтобы оказаться в прохладе, но не успел. Спустя пару гудков, Кан ответил.
— Я тебя отвлёк от чего-то важного? — Прозвучало вместо приветствия.
Хван прикрыл глаза и крепче сжал телефон.
— Привет, Тэо. Не совсем. Рабочая встреча, но сейчас небольшой перерыв.
— Я не займу много времени.
Пауза. Тяжёлая, как свинец. Юджон почувствовал, как в груди нарастает давление. Он знал, о чём тот спросит. Знал с самого начала.
— Есть новости?
— Ты о своей жене?
Вопрос довольно нелепый. По другой причине ему звонить было просто не за чем. Но так Хван хотя бы не будет создавать впечатление того, кто думает о ней каждую грёбаную секунду.
— Да. Ты её видел?
Даже не смотря сейчас на лицо Тэо, он мог с уверенностью представить, как окаменели все мышцы на его лице. Знакомая интонация. Обычно она сопровождалась сжатыми челюстями и зрачками-свёрлами.
— Я был в клубе пару раз. И нет, я её не видел. Наверное, ей хватило одного раза чтобы понять, что такой формат не для неё.
Юджон пытался звучать максимально естественно, в своей привычной расслабленной манере, хоть сейчас это было довольно сложно. Ложь липла к языку, противно и тяжело.
— Вот как… — На другом конце линии повисло молчание. На секунду Хвану показалось, что сейчас Кан скажет что-то опровергающее. Например, как вчера он стоял за окном его спальни и наблюдал очень занимательную картину. — Что ж. Звони если она появится.
Обязательно. Перезвоню по Face Time прямо из кровати.
— Конечно. — Юджон провёл рукой по волосам, чувствуя, как сжимается горло. — Но я всё-таки надеюсь, что при этом не стану причиной чьей-то инвалидности, — он натянуто усмехнулся.