Тэо ухмыльнулся и устроился напротив. Его рука скользнула по волосам.
— Не переживай об этом.
Джиён обвела взглядом тарелки, понимая, что совсем не чувствует голода, какой бы красивой ни была еда. Она прихватила горошину черники и отправила её в рот, только чтобы прийти в движение.
— Вина? Сегодня я выбрал для тебя Ornellaia Massetino. — С деланной напыщенностью Тэо выговорил название на итальянский манер, смотря на этикетку.
— Да, конечно, — с готовностью согласилась Джиён.
Сегодня алкоголь — друг. И от его помощи отказываться не стоило. Выходя из дома, она сделала ставки на то, что только градусы и помогут снять напряжение.
Джиён следила за тем, как тёмная жидкость до одной трети заполняет бокал, уже зная, чем придётся расплачиваться завтра. Красное вино всегда вызывало у неё приступ головной боли на следующее утро, но Тэо об этом забывал. А точнее, не утруждал свой мозг такими пустяками. Но напоминать об этом сейчас она бы не посмела.
Он молча поднял бокал, призывая её сделать то же самое. Стекло соприкоснулось, издав тонкий отзвук. Отпивая, Тэо не отпустил взгляд, смотрел пристально, пока бокал с виски не опустел. Пока дно не опустилось на скатерть. Что-то неуловимое появилось в глазах мужа. Всполохи огня от свеч отражались в зрачках, и там же гасли, но дело было не в них. Это был взгляд зверя перед прыжком. Стремительным и смертельным. Контраст между этим взглядом и случившимся поцелуем сводил с ума.
— Ты выглядишь усталой, — ровным голосом резюмировал он после недолгой паузы. Как врач, огласивший диагноз. — Что-то случилось пока меня не было?
Джиён сжала ножку бокала, буквально вдавливая его в поверхность стола.
— Ничего такого, просто плохо спалось, — нарочито беззаботно отозвалась она, принимаясь изучать роскошный набор блюд. Еда резко стала интересной, а взгляд мужа невыносимо тяжёлым.
— Странно, что подобное происходит с тобой. — Небрежный тон фразы царапнул по спине. — Тебе же совсем не о чем беспокоиться.
Последнее было сказано так, словно случайно не оказалось вопросом. Либо Джиён уже сходила с ума, и паранойя захватила её с головой.
Знаки преследовали в каждой, на первый взгляд, незначительной мелочи. То, как Тэо медленно сжимал и разжимал кулак — этот жест так и сигналил об опасности. То, как он кривил губы в безжизненной усмешке, как зависал на несколько секунд, нахмурив брови и пропадая в своих мыслях. Она вспомнила о том, что, зайдя в комнату, увидела брошенный на спинку дивана пиджак. Муж всегда, абсолютно всегда аккуратно относился к своей одежде. Его рубашки и пиджаки она видела исключительно на плечиках.
А ещё он уже который раз возвращался к своим часам, чтобы проверить время.
— Это может случится с каждым, — улыбнувшись ответила Джиён, притупляя порыв пассивной агрессии. — Я, как и все, о чём-то переживаю.
— Вот как… — Протянул Тэо, касаясь большим пальцем ножа, будто раздумывал с чего лучше всего начать ужин. Выбрав сочный кусок мяса, приготовленного на гриле, он переложил его к себе в тарелку. — И о чём же?
Это не было интересом с его стороны. Интонация — как у взрослого, спрашивающего ребёнка: «Что ты узнал сегодня в садике?». Джиён в очередной раз убедилась в том, что для своего мужа она такой же несмышлёный маленький человек. Все её проблемы — крошечные и незначительные капризы.
— Я думала о своём бренде, — втыкая вилку в артишок под липким соусом, ответила Джиён. — Всю ночь подбирала правильные слова, чтобы убедить тебя позволить мне заняться этим.
На место пугливости пришла раздражённость. Почему-то, замалчивать больше не получалось. Что-то случилось с ней за то время пока мужа не было рядом. Что-то рвалось наружу, желая быть выставленным напоказ. Необходимость быть услышанной.
Всё познаётся в сравнении. Только попробовав другое отношение к себе, Джиён смогла оценить обстановку, в которой жила до того момента.
— Мы же уже говорили об этом. Глупая затея. — Натянуто и сухо парировал Тэо. — Эта тема исчерпала себя.
— Как скажешь, милый, — сладко процедила Джиён, и отпила вина. Чтобы молчание не сожрало оставшиеся нервные клетки, она решила сменить тему. — Расскажи, как прошла твоя поездка? Когда мы разговаривали по телефону, мне показалось, что ты… Подавлен.