«И это тебя удивляет? Или ты хочешь меня оскорбить? Ты не можешь всерьез сравнивать те душевные силы, которые нужны, чтобы использовать крыс, с теми, которые необходимы против Дракас».
— Почему нет? Разница на самом деле не так уж велика, — попыталась разозлить его Алиса.
Франц Леопольд только усмехнулся.
— Не трать напрасно сил. Ты не сможешь выместить на мне свою досаду. Ха, любопытство — это большая власть, которая грызет и кусается, если ее не удовлетворить. Как крысы, если уж ты о них упомянула.
— Не веди себя так, словно тебе неинтересно, что произошло в ложе во время антракта, — прошипела Фамалия. Ты ведь почувствовал человеческую кровь! Не отрицай. Даже Лучиано это почуял.
— Разумеется, от меня это не ускользнуло, — ответил Франц Леопольд. — Но мне, в отличие от тебя, не нужно попрошайничать, когда хочется что-то узнать.
— Только не утверждай, что ты прочитал это в мыслях Иви, — сыронизировала Алиса. — В это я никогда не поверю. Иви знает, как защититься от твоего вторжения, и добровольно она тебе тоже ничего не скажет, раз уж отказалась обсуждать это даже со мной.
Франц Леопольд сделал вид, будто ему надо немного поразмыслить, после чего широко ухмыльнулся.
— Может быть. Но, к счастью, Иви не единственная свидетельница происшедшего. Зачем иметь дело с поздно подоспевшей наблюдательницей, если можно подойти гораздо ближе?
Алиса с трудом перевела дыхание, когда ей стало ясно, что имел в виду Франц Леопольд.
— Я этому не верю! Ты проник в голову Малколма и подслушал его тайны?
Франц Леопольд не ответил, но выражение его лица сказало все. Алиса колебалась, не зная, завидовать ли ему или испытывать сострадание к Малколму.
Вампиры как раз пересекли поверхность и вновь спустились в подземелье, когда Иви неожиданно остановилась. Алиса, которая все еще была слишком занята собственными мыслями, поняла, что ее подруга, должно быть, заметила нечто необычное, только когда она остановилась рядом с Лицана.
— Что такое?
— Что-то случилось, — сказала Иви и наморщила лоб.
Она посмотрела вниз на Сеймоура, положение тела которого выдавало его напряжение. Несомненно, он готов был в этот момент излить свой гнев на Иви и остальных, кто не взял его с собой в оперу.
— И что? Ты не могла бы быть чуточку точнее?
Иви скорчила гримасу.
— Это не так просто. Они очень напряжены и проворно движутся. Наверное, они сами еще точно не знают.
— Кто движется? Пирас? — осведомился Лучиано, который только что к ним присоединился.
Теперь недоставало только слуг, которые шли позади с праздничными одеяниями в руках.
— Нет, не Пирас, — сказал Франц Леопольд. — Ты имеешь в виду крыс. Твоих крыс, которых ты послала вперед, не так ли?
Иви кивнула. Алиса опять была удивлена тем, как легко ее подруга научилась умениям другого клана. Сама Фамалия все еще вынуждена была довольствоваться одной крысой, которая указывала ей дорогу в темноте, в том случае, если не удавалось выследить летучую мышь. Да, время от времени Алиса посылала «курьера» вперед, и все же по-прежнему часто случалось так, что она теряла его, стоило ей подумать о чем-то другом.
— Откуда ты это знаешь? — проворчала наследница клана Фамалия. — Твои шпионы тоже в пути?
Франц Леопольд посмотрел на нее несколько удивленно.
— Нет. Но я знаю, что Иви не полагается на случай. Я прав?
Иви кивнула с отсутствующим видом. Очевидно, она все еще пыталась расшифровать состоящее из запутанных сигналов послание. Остальные молчали, чтобы не отвлекать ее. Между тем Матиас и Хиндрик догнали наследников, но держались позади и не задавали вопросов. Алиса бросила на Хиндрика беглый взгляд, но он не обратил на это внимания. Она не думала, что он такой злопамятный. Неужели он действительно поверил, что она взяла бы его с собой в оперу, ведь у него не было подходящего гардероба.
— К черту! — выдохнула Иви. — Я надеюсь, что они ошибаются.
Она побежала. Остальные последовали за ней и засыпали ее вопросами, но Иви не отвечала. Она неслась по проходам, ни разу не заколебавшись на перекрестке. Вновь Алиса почувствовала тень зависти. Иви училась всему быстро и основательно. Она была просто великолепна! Алиса со стыдом осознала, что это несправедливо — ставить это подруге в вину.
На самом деле все было совсем не так. Алиса просто хотела быть такой же великолепной! Не успела эта мысль созреть у нее в голове, как наследница клана Фамалия резко повернулась к Францу Леопольду. Прочитал ли он ее мысли? Если и да, то не подал виду. Алиса постаралась побыстрее пройти вперед, чтобы догнать Лицана.
— Они близки к тому, чтобы рассыпаться в пыль.
— Что? — Алиса беспокойно открыла глаза. — Кто? Что случилось? Пришли охотники на вампиров?
Иви только пожала плечами. Она выглядела смущенной.
— Я не могу этого сказать. Мысли крыс все время меняются. Я вижу только отрывочные картины, но никаких имен или лиц.
— Мы это в любом случае скоро узнаем. Уже недалеко. — Алиса узнала ответвление, которое вело от Люксембургского сада к Валь-де-Грас.
Вампиры и оборотень еще не достигли невидимого магического убежища Пирас, когда навстречу им вышли Фернанд и Джоанн. Оба Пирас, которых до сих пор невозможно были вывести из себя, выглядели растерянными.
— Хорошо, что вы пришли. Крыса Фернанда заметила грызуна Иви, поэтому мы знали, что вы возвращаетесь.
— Никто больше не должен покидать защищенное место, так сказал господин Люсьен.
— Что все-таки случилось? — настаивала Алиса.
— Если я правильно поняла послание, кто-то уничтожен, добавила Иви.
Франц Леопольд и Лучиано подались вперед, чтобы ничего не пропустить. Только слуги не проявили никакого интереса.
— Кто-то? — повторила Джоанна уныло. — Их четверо. Четверо наших старейшин.
— Что? Как это? — закричали все одновременно.
Фернанд поднял руки и снова опустил.
— Не знаю. Никто не знает, что случилось. Пойдем вместе, и сами увидите.
Друзья последовали за Джоанн и Фернандом, которые привели их в главный зал, а потом поспешили вниз по лестнице, ведущей в пещеру старейшин. Позади, там, где пещеры уходили на несколько шагов вглубь, стояли четыре гроба, в которых отдыхали слуги: Гислана, Хлоя и двое других, чьих имен они не знали. Необычная тишина царила внизу. С полдюжины Пирас стояли вокруг гробов. Среди них были господин Люсьен, Себастьен, Гастон и старейшина Мартина, которая больше не выглядели устрашающей и могущественной. В то время как Люсьен и Гастон тихо переговаривались, Мартина и остальные растерянно смотрели на гробы. Алиса и друзья постарались по возможности незаметно подойти ближе, пока не увидели содержимое. Они молча смотрели на безжизненные тела, которые уже начали распадаться. Черты лица старейшин стали менее выразительными. Морщины, образовавшиеся на лице и шее в течение огромного количества лет, стали резче. Волосы утратили блеск и свалялись. Одежда постепенно теряла свою форму и съеживалась.
Алиса видела, как исчезали тела вампиров. Они умирали, разумеется, не так, как люди, от старости и слабости или от коварной болезни, такой как холера или чума, или от тяжелых ран. Их уничтожали. Или они решали однажды ночью, что их время прошло, — и тогда прощались со всеми, чтобы встретить где-нибудь рассвет. О том, чтобы вампиры просто рассыпались в своих гробах, Алиса еще не слышала. Она вопросительно взглянула на Иви.
— Нет, мне тоже об этом неизвестно, — подтвердила Лицана. — Я не могу представить, что с ними случилось.
Она повернулась к господину Люсьену, но он был так же растерян, как и она.
— Пирас тоже в изумлении, — заверил друзей Франц Леопольд, который как всегда не смог удержаться и проник в мысли собравшихся членов клана.
— Они не вставали из своих гробов, — сказала Мартина, все еще пребывая в растерянности. Она говорила медленно. — И когда мы открыли крышки, мы нашли вот это. Этого просто не может быть! Как такое могло случиться? Я уже два столетия живу на этом свете, но ни с чем подобным не сталкивалась.