— Чтоб я ушел из Бри? Да ни за какие деньги! — не на шутку перепугался господин Подсолнух. — Но почему бы вам не отсидеться здесь, господин Подхолминс? И вообще, что все это значит? Что понадобилось от вас этим Черным? И откуда они сами-то к нам понабежали, хотелось бы мне знать?
— Вы меня простите, но всего я объяснить не могу, — ответил Фродо. — Я очень устал, мне не по себе, а рассказ долгий. Но если вы и правда хотите мне помочь, я должен вас предупредить, что, пока я нахожусь в этих стенах, вы в опасности. А что касается Черных Всадников, точно сказать не могу, но боюсь, что они…
— Они из Мордора, — тихо сказал Бродяга. — Из Мордора. Тебе это что-нибудь говорит, Пивовар Подсолнух?
— Батюшки-светы! — ахнул, бледнея, Подсолнух. По всей видимости, слышать это слово ему приходилось. — За всю мою жизнь в Бри не случалось ничего ужаснее!
— Вот так, — сказал Фродо. — Вы еще не передумали помогать мне?
— Никоим образом, — не замедлил с ответом Подсолнух. — Помогу вам даже охотнее, чем раньше. Хотя много ли могут такие, как я, супротив этих… этой…
— Против Тени, что встает на востоке, — спокойно закончил за него Бродяга. — Такие, как ты, много не сделают, но нам пригодится любая помощь. Для начала забудь фамилию Бэггинс: пока господин Подхолминс тут, он останется Подхолминсом.
— Договорились, — с готовностью кивнул Подсолнух. — Только они и без моей помощи допытаются, где он. Незадача нынче вечером вышла: господин Бэггинс привлек к себе всеобщее внимание, и это еще мягко сказано. А про то, как исчез господин Бильбо, у нас давно прослышали. Так что сегодня даже Ноб начал кой о чем догадываться, а он тугодум, каких поискать. Но в Бри у нас есть господа и посмекалистей!
— Остается надеяться, что Всадники сегодня не нагрянут, — поежился Фродо.
— Будем надеяться, — вздохнул Подсолнух. — Но даже если они привидения, так просто в «Пони» им не прорваться. До утра можете спать спокойно. Ноб будет нем как рыба. Пока я держусь на ногах, ни один Черный сюда не пролезет! Я и мои люди будем караулить всю ночь напролет. А вот вам лучше бы поспать, если получится.
— Что бы ни случилось, разбудите нас на рассвете, — сказал Фродо. — Нам надо выйти как можно раньше. И пожалуйста, завтрак в полседьмого!
— Понял, все понял, — закивал корчмарь. — Распоряжусь и лично за всем прослежу. Доброй ночи, господин Бэггинс — то есть, простите, Подхолминс! Доброй ночи! Ох! Постойте-ка! А где же господин Брендибэк?
— Понятия не имею, — ответил Фродо, встревожившись. Про Мерри они позабыли начисто, а час был уже поздний. — Боюсь, он на улице. Он, кажется, собирался выйти подышать.
— Да за вами глаз да глаз нужен! — рассердился Подсолнух. — Вы как на прогулку отправились, честное слово! Пойду задвину засовы и велю, чтобы, кроме вашего приятеля, никого в дом не пускали. Или нет: пошлю Ноба на розыски. Ну, доброй ночи вам всем!
Наконец господин Подсолнух вышел, бросив на Бродягу еще один косой взгляд и с сомнением покачав головой. Послышался звук удаляющихся шагов, и все стихло.
— Ну как? — спросил Бродяга. — Когда ты собираешься распечатать конверт?
Фродо придирчиво осмотрел печать и сломал ее. Все говорило за то, что письмо действительно от Гэндальфа. На листке размашистым, но изящным почерком волшебника было выведено:
«ПЛЯШУЩИЙ ПОНИ», БРИ.
Преполовение, г. 1418 (З. Л.)
Дорогой Фродо!
До меня дошли плохие вести. Я вынужден немедленно покинуть эти края. Тебе лучше уйти из Котомки как можно скорее, а из Заселья — не позднее конца июля. Я вернусь по возможности скоро, но если ко времени моего возвращения тебя уже не будет — поспешу следом. Если заночуешь в Бри, оставь для меня весточку. Корчмарю (его зовут Подсолнух) доверять можно. По дороге тебе может повстречаться мой друг. Это человек; он худощав, волосы темные, высокий. Некоторые зовут его Бродяга-Шире-Шаг. Он знает о нашем деле и поможет вам. Держи путь к Ривенделлу. Надеюсь, там мы встретимся. Если я не появлюсь, ищи совета у Элронда.
Спешу!
Р. S. Ни за что не надевай его, ни под каким предлогом!{138} Не иди ночью!
Р. Р. S. Удостоверься, что это настоящий Бродяга. Темного люду на дорогах предостаточно. Имя моего друга — Арагорн.