– Небольшая доза этого снадобья, самая чуточка, способна помочь им победить недуг. Будем молиться, и ежели нам повезет, они и сами выйдут из оцепенения, – пробормотала она.
Прошло с четверть часа. Истощив запас тем для болтовни, Пип просто сидел и ждал. Ренауд в ужасе взирал на распростертые посреди поляны тела. Халь, Кеовульф, Абеляр и Кимбелин дрожали во сне и время от времени кричали от муки.
Халь звал Брид. Пип бросил на девушку негодующий взгляд.
– Почему ты его не утешаешь? Что, так трудно сказать, что ты здесь, цела и невредима? Вдруг это достигло бы его подсознания?
– Нет, Пип, это ничего бы не изменило, – печально отозвалась Брид. – Сейчас нам остается лишь ждать, не подействует ли крестовник.
Она просидела в ожидании еще с четверть часа. Пип боролся с собой, не желая критиковать ее действия, но наконец не утерпел:
– Брид, это же глупо. Видишь, не помогает. И чародеи наверняка уже скоро придут.
К его удивлению, младшая жрица согласилась.
– Ты прав, моим чарам не хватило силы.
Она с отвращением поглядела себе на руки, точно это они были во всем виноваты. Пипу показалось даже, будто на глазах у нее блеснули слезы. Торопливо смахнув их, Брид страстно и пылко вскричала:
– О, Великая Мать! Чего ты хочешь от меня? Я должна их спасти!
14
– О, Великая Мать!
Широко раскрыв глаза, Каспар с почтительным трепетом глядел на море.
Игравшие на пляже дети разбежались, ища укрытия в деревне, но юноша от потрясения не мог сдвинуться с места. Словно приросши к песку, он не сводил глаз с трех огромных белых гребней и зазубренного хвоста, что бороздили поверхность воды в миле от берега. Мгновение – и вот они уже появились на мелководье. Скорость, с которой чудовище скользило по волнам, просто поражала.
Бешено тявкая, Трог подбежал к хозяину. Это наконец вывело Каспара из прострации. Поспешно запихнув Изольду в перевязь, чтобы обе руки оставались свободны, юноша стиснул лук. Он с первой секунды узнал характерные очертания этого хвоста.
– Трог, – тихо прошипел он, – дай сюда.
Пес, не сопротивляясь, позволил взять у себя из пасти мерцающий шар. Юноша вытер лунный камень от слюны пса и дрожащей рукой поднял над головой. Камень сверкнул в солнечных лучах, покачиваясь на кожаном шнурке.
Лунный камень! Молодой воин знал, в чем тут дело. Древний дракон из горных недр Торра-Альты питал непреодолимую страсть к хранящемуся в замке лунному камню. А у Каспара сейчас имелся почти такой же самоцвет. Дракон умеет плавать и жаждет заполучить сокровище. Не отвезет ли он их домой за такую цену?
– Эй! – заорал юноша, поднимая предмет торга как можно выше. – О, последний из великих зверей Торра-Альты, гляди, вот у меня лунный камень. Отвези меня домой, перевези меня через море – и он твой во веки веков.
Каспар сделал шаг назад. Зазубренный хвост яростно хлестнул по воде, и на поверхности показалась увенчанная рядом роговых зубцов шея. Из гигантской морды вырвались две струи пара. Каспар и не помнил, что дракон настолько огромен. Рога и зубцы на голове чудовища обросли водорослями, свисавшими, точно накладная борода.
Несмотря на страх, молодой торра-альтанец не сдвинулся с места. Вздымаясь на волнах, исполинский змий плыл прямо к нему. Вот чудище, должно быть, достигло отмели и коснулось ногами дна – весь берег дрогнул, как от землетрясения.
– Оно идет сюда! Выходит на пляж! – вопили рыбаки. Каспар медленно попятился, но все так же сжимал в поднятой руке лунный камень.
– Отвези меня домой – и он твой.
Дракон закинул голову назад, готовясь к удару. Рядом с Каспаром пронеслась струя жидкости. Ядовитые брызги обожгли руку юноши, точно прикосновение к медузе. Кожа мгновенно покрылась волдырями.
– Не дури! Скорее сматывайся! – донесся отчаянный вопль из деревни.
Дракон медленно шел к берегу, яростно хлеща хвостом по воде и поднимая громадные волны. Но через несколько шагов ноги чудища, слишком тонкие и хрупкие для непомерного тела, подкосились, и оно тяжело рухнуло на мелководье. Лежа там, дракон напоминал гигантского моржа, неспособного передвигаться по суше. Он отчаянно скреб передними лапами песок, хлестал во все стороны хвостом и гулко трубил.
Несколько смельчаков выскочили на пляж на выручку Каспару. Они осыпали дракона градом копий и багров, но тот скользнул под воду и вскоре, целый и невредимый, уже нырял в волнах далеко в море.
– Быстрее, пока эта тварь не вздумала напасть снова! Рыбаки чуть не силком потащили юношу в поселок.
– Безумец! Безответственный, безмозглый дурак! – сурово набросилась на него какая-то женщина.
Глаза Каспара потускнели. Он ждал, что на его голову обрушатся сонмы проклятий за то, что он вызвал из бездны морское чудовище, но ничего подобного. Рыбачка лишь волновалась за ребенка.
– Слыханное ли дело, оставлять такую малютку на пляже! Только погляди на нее, бедняжка вся в песке! Да ты ее кормил им, что ли?
– Ничего я не кормил, – запинаясь, попробовал оправдаться юноша. – Вы бы сами попробовали помешать младенцу наесться песка.
– Тогда нечего было носить ее на пляж! – не унималась женщина. Она была высокого роста, со слегка красноватой кожей, что, по наблюдениям Каспара, являлось характерной приметой всех рыбаков. Должно быть, они натирались жиром и охрой, чтобы защититься от постоянных соленых брызг и немилосердного солнца. – Ребенка надо беречь и защищать! Да что ты за отец такой?
– Я ей не отец.
– Вот как?
В голосе женщины послышались скверные нотки, глаза сузились. Как ни глупо, но у Каспара сложилось впечатление, будто его подозревают в краже младенца.
– Я ее опекун. Ее мать умерла, а перед смертью доверила малышку мне.
– Нечего сказать, оправдал доверие! Выйти с ребенком на пляж в такую погоду!
– Мне надо вернуться на родину.
Каспар неопределенно махнул рукой на запад, за море.
Женщина расхохоталась.
– Хочешь преодолеть прилив, волны и ветер? Ха! Изольда запищала, и Каспар, прижав ее к груди, покачался с ноги на ногу, чтобы унять плач.
– У меня нет выбора.
– Этот мальчишка хочет вернуться на родину, – во всеуслышание заявила рыбачка, оглядываясь вокруг. – И потому сидит на берегу и ждет, пока ветер переменится.
Рыбаки покатились со смеху.
– Океанские ветра всегда дуют только с запада, – сжалилась какая-то добрая душа, покуда все остальные дружно ржали над этакой глупостью – ждать перемены ветра.
– Но мне надо вернуться домой! – с мукой в голосе произнес молодой воин.
Рослая рыбачка снова повернулась к нему и показала на север.
– Говорят, путь только там.
Каспар недоуменно вытаращился на нее.
– В смысле?
– Тебе надо отправиться в Неграферр, а там сесть на корабль, плывущий к Императрице Оранской. Вскоре очень многие торговцы потянутся к северу, ловя знойный пустынный ветер, что всегда дует вдоль побережья в это время года.
– Но моя-то родина на западе, – запротестовал торра-альтанец.
– Милый мой мальчик, – терпеливо промолвила женщина. – Не расспрашивай меня, как, да почему, а просто поверь на слово. Я прожила здесь пятьдесят пять лет и только один раз, в год великих поветрий и войн, ветер подул с востока. Скоро на горизонте появятся торговые суда, что спешат воспользоваться свирепыми ветрами, которые дуют до времени летних бурь. Эти суда поплывут на север, к Императрице. Рассказывают, что она отыскала путь на запад. Это твоя единственная надежда выбраться отсюда.
Каспар выехал на проселок, что вел из деревни, и ударил косматого пони пятками по бокам, пустив его тряской рысцой. Коза семенила следом со скорбным блеянием, а Трог рыскал вокруг, принюхиваясь к влажному соленому воздуху. Над землей веяло холодом. Путники продвигались на удивление быстро, только вот приходилось часто останавливаться – покормить малышку. Сшитая юношей соска начала вовсю протекать по шву, но, на счастье, Изольда научилась более или менее сносно пить из чашечки, которую приемный отец смастерил для нее из рога.