— Что скажут гномы Эребора? — повернулся Гэндальф к Балину.
— Скажите… вы все, — заговорил седой коротышка. — Моего короля мучает любопытство, почему мы должны вам сейчас помогать? — приподнятый настрой резко скаканул вниз. Все уже понимали, что сейчас скажет гном. — Когда беда грозила народу Эребора, вы не спешили нам на помощь. Да, у нас не было договора, но его и сейчас нет. Так что мешает нам отсидеться в Одинокой Горе? — покряхтел крепкий ещё старик.
— Не думал, что гномы превратились в трусов, ммм? — приподнял бровь Леголас, выступавший тут в качестве посла от лесных эльфов.
— Не думал, что у тебя хватит наглости обвинить нас в трусости… эльф.
— Когда орки разорят Рохан и Озёрный город, кто будет торговать с вами? Или гномы внезапно сами научились выращивать хлеб? — насмешливо фыркнул кто-то из людей.
— В том-то и дело. Вы же не допустите разорения этих земель, не так ли? — улыбнулся в бороду коротышка. — Единственный, перед кем у нашего народа долг, известный всем вам чародей — Алекс. Однако как раз его я не вижу среди присутствующих.
— Мой дорогой Балин, — улыбнулся в бороду Митрандир, поняв, что проблема решена. — Твой король и ты сам ещё не знаешь одну интересную новость, — гном насторожился, поняв по голосу, что сейчас его будут иметь уговаривать с помощью веских и неожиданных аргументов.
— И что же это за новость?
— Тот самый чародей, Алекс, который когда-то спас Торина Дубощита и его племянника от верной гибели, который одолел дракона Смауга, сразив его над Чёрным Озером и сохранив тем самым Озёрный Город, он сейчас в Ангмаре. Да-да, вы не ослышались! В проклятом королевстве севера!
— Так вот куда он пропал! — воскликнул кто-то. Не верить Гэндальфу было бессмысленно. Маг не станет врать.
— Получается, что, если с севера пришла армия орков… — медленно начал рассуждать вслух гном. Затем упрямо тряхнул бородой. — Мы вместе с тобой, Гэндальф, ходили в поход на Смауга! И Алекс был с нами! Не верю, что какие-то орки могут ему угрожать!
— Я тоже не сомневаюсь в способностях нашего юного друга, — улыбнулась Леди Лориэна, Галадриель, лукаво смотря из-под золотых волос. — Однако ему и всем нам угрожает не какая-то армия орков. Орки — меньшая из зол, нависших над Средиземьем. Введите! — повелительный жест рукой стал сигналом, чтобы ввести достаточно похожего на человека орка. Тот был сильно избит, искалечен, но сочувствия ни в чьём взгляде не встретил. — Скажи то, что сказал мне недавно! Скажи, кто вас послал! — голос её наполнился той особой чародейской силой, что могла звучать лишь в словах Галадриэль.
Орк лишь сплюнул, однако, когда стоящий рядом эльф выхватил короткий нож и вставил кончик в подпалёную рану, урук-хай, зашипев, заговорил:
— Чёрный чародей Ангмара! Повелитель… вернулся…
Как бы мы ни готовились, как бы не планировали всё от и до, выходило, что орков нам не сломить… если не использовать других орков. По последним данным разведки в моём лице, орков около Гундабада собралось уже больше двадцати тысяч и это всё воины. Конечно, мирных профессий у них нет, как класса, точнее, есть, но лишь смежные с воинскими, то есть каждый мужчина-орк в первую очередь воин, а потом уже всё остальное, однако двадцатитысячная армия впечатляла. И пугала.
Мефис мог бы выставить что-то около восьми тысяч воинов и десяти — ополчения. Орион на данный момент, после объединения уже тридцати племён, имел в составе своего войска больше четырёх с половиной тысяч человек, эльфы могли дать шесть тысяч воинов: больше Гилиан просто отказался посылать, мотивируя невозможностью оставить беззащитным собственное королевство.
И вроде как чего бояться? Мы превосходим орков численно… только вот орки — вершина айсберга. Уже никто не сомневался, что зелёные просто-напросто копят силы, чтобы раз и навсегда смести человечество и эльфов с лица ангмарской земли. Даже Мефис уже отправил послов, хотя на брак между дочерью короля и Орионом они пока что только поплевались и покрутили пальцами у висков.
Так вот, если орков сейчас двадцать тысяч, то это значит, что имеется ещё столько же, если не больше гоблинов. И около тысячи троллей тоже. Даже если считать за воина каждого ополченца Мефиса, мы всё равно проигрываем в численности. Враг точно знает, что здесь все понимают угрозу и объединяются. Только по этой причине орки до сих пор не напали, как мне кажется: сейчас мы победим. А потом пойдём резать уже их. Просто от безысходности. И под удар, кстати, попадут самые беззащитные представители их народа: женщины и дети. Первых у урук-хаев мало, вторых относительно много, но их тоже берегут и сильно.