- Но как же, графиня Дюкори? Я только начала выезжать, когда она блистала на венских балах, мы знакомы. Не очень близко, конечно. Была бы рада её снова видеть.
- Мир так мал, графиня. – я улыбнулся. И невольно опять посмотрел на Алойзию. Девушка поймала мой взгляд, почему-то покраснела и отвернулась. От графини не укрылись наши переглядывания.
- Граф... Нам надо будет поговорить тет-а-тет, после кофе.
- Как Вам будет угодно, графиня.
Дальше разговор перешёл на воды, лечебницы и докторов. Я рассказал, что в Липнице у меня воды совсем другого свойства, и очень неплохой лекарь, итальянец. Тереза заинтересовалась рассказом, и просила организовать им поездку ещё и туда.
- Ах, граф, Вы же знаете, что у дам всегда шалят нервы! – она так мило грассировала на этом «граф»... Определённо, утренний кофе удался. Я пустился в воспоминания, мои гостьи внимательно слушали. Тереза сокрушалась о печальной судьбе Антуна. Она была с ним знакома по Вене. О Каталине она отозвалась нейтрально, но в глазах при этом проблеснул недобрый огонёк.
Мои приключения геометра, которые я старался преподнести как авантюру, вызвали улыбки. Особенно наша осада монастыря. О тайне Антуна я, естественно, умолчал.
После кофе я пригласил дам в сад. Мы прогуливались по холму, что полого спускался к городу. Цветники дарили нам аромат. Разные жучки и бабочки резвились в воздухе.
- Ах, Ли, я забыла свой зонтик! – воскликнула графиня. Алойзия сейчас же отправилась за любимым зонтиком Терезы.
- Ну вот, граф, теперь мы можем поговорить. Я ведь вчера сообщила Вам вкратце судьбу этого милого существа? – графиня фон Кауниц строго взирала на меня.
- Ваша светлость, уверяю Вас, что никаких дурных намерений в отношении Вашей протеже не имею! – взялся я уверять мою спутницу. – Мы просто очень неловко столкнулись нынче утром в коридоре, вероятно это вызвало такое смущение бедной девушки.
- Обещайте мне, что Вы не навредите бедной Ли! Она мне не чужая, и я отвечаю перед Богом за это дитя!
- Графиня, Вам нечего опасаться. – В этот момент Алойзия показалась с зонтиком на тропинке, и мы завершили опасный разговор. Ещё некоторое время мы обсуждали дом и парк, а затем я откланялся и отправился решать вопросы имения.
Вечером я уехал в Петрец к семье. Тётушке нездоровилось, и я вызвал к ней лекаря. Так что следующих несколько дней я провёл дома, и нисколько о том не жалел. Мы с детьми играли в мяч, читали книги. Все вместе мы прогулялись до городского рынка и купили детям леденцов.
Тётушке рассказал я про встречу с графиней Кауниц и о приглашении дам к нам в гости. Тётушка вспомнила юную Терезу Виттенштайн и улыбнулась.
- Я буду рада увидеть старую знакомую. Тогда она была совсем юной девочкой, и мне интересно, как она переменилась. Пошли им приглашение на завтра.
Я обрадовался. Это означало, что тётушка почувствовала себя лучше. Не медля я написал графине фон Кауниц и отправил посыльного в Дёлявар. Ответ прибыл вечером, и я узнал, что моё приглашение было принято с радостью.
Следующий день выдался тёплый и солнечный. Дети с самого утра выбрались во двор и играли в прятки и догонялки. Я сидел в кабинете и пытался сосредоточенно решать финансовые вопросы. Неожиданно услышал я звук подъезжающей кареты, затем открывающихся ворот. Я поднялся и выглянул в окно. Мои дёляварские гостьи прибыли к нам с визитом. С радостью поспешил я вниз встречать прибывших.
Дамы были весьма благорасположены. Графиня Кауниц пожелала немедля видеть тётушку. Попутно она бросила:
- Какие резвые дети! Как Вы с ними справляетесь, граф? Я думаю, это весьма утомительно! – и с прямой спиной проследовала в дом. Алойзия следовала за ней по пятам, не поднимая глаз. Вся она была напряжена, как натянутая тетива лука. Видимо, графиня имела с нею вчера неприятный разговор, и девица не смела поднять на меня взор. Что-ж, приличия превыше всего.
Мы прошли в покои тётушки. Вдовая графиня Матильда ради гостьи поднялась с постели и встретила Терезу фон Кауниц в малой гостиной на оттоманке. Дамы поприветствовали друг друга, Тереза представила свою племянницу моей тётушке. Начался светский разговор об общих знакомых и светские сплетни.
Я отговорился делами и собрался покинуть гостиную, когда Алойзия попросила разрешения выйти во двор. И правда, в такой день сидеть в комнатах без дела было просто преступление. Я предложил всем перебраться во двор под навес. Однако тётушка чувствовала себя весьма слабой. Графиня Кауниц наконец смилостивилась над своей протеже и разрешила ей покинуть душные комнаты. Девушка вся просияла.