В голове моей творился хаос. Без сомнения, я должен теперь был жениться на этом милом создании. Что я думал сделать и без этого странного поцелуя в темноте. Ощущение какой-то нескладности происходящего, какого-то подвоха - точно расстроенная струна на инструменте - не покидало меня. Это вносило диссонанс в состояние души.
Однако должен признать, что девушка мне очень нравилась. Меня очаровывали не только её юность и хрупкость, но и естественность, открытость, веселье. Однако я был благодарен Терезе фон Кауниц за возможность всё ещё раз взвесить и подумать. Как знать, может за полгода каприз взбалмошной девочки пройдёт, и она уже и не вспомнит о старом графе, которого она однажды утром поцеловала в тёмном коридоре его дома в далёкой южной провинции? Или я за полгода остыну и пойму тщету происходящего, остепенюсь и найду себе какую-нибудь немолодую вдову... От этой мысли мне самому вдруг стало смешно.
На завтрак нам подали холодную свинину, кофе и шампиту. Изи капризничал и отказывался есть мясо, требуя ещё шампиты. Я ругался, уверяя его, что много сладкого вредит. Дамы сидели притихшие. Разговор не клеился. Мы вяло обменивались ничего не значащами фразами о погоде, о Петреце и предстоящем путешествии. Алойзия сидела, смиренно опустив глазки, словно послушница в монастыре.
Смиренное выражение её лица возбуждало меня ещё больше. Быстро покончив с завтраком, я сбежал под благовидным предлогом организации поездки. Приготовили карету графини и нашу широкую. По дороге в Липницу тётушка собиралась ехать в карете гостий, а обратно мы должны были уместиться в своей карете вчетвером. Вначале я думал поехать верхом, но понял, что тогда придётся везти ещё и гувернантку.
День был вполне летний, и солнце уже припекало. В молодости я был бы счастлив промчаться галопом, поднимая ветер и пыль за собою. Но увы, годы не прошли бесследно. Нестись галопом от Петреца до Липницы мне уже не по силам, трястись стариковской рысью на солнцепёке не так уж и радостно. И, в конце концов, лучше я буду с детьми, чем кто-то чужой.
Наконец всё было готово к выезду. Гувернантка с последними наставлениями вывела детей во двор, велев им прочитать молитву и перекреститься на церковь. Вслед за детьми спустилась и тётушка. Так что ждали мы лишь Терезу и Алойзию.
Дамы спустились лишь через пятнадцать минут, в дорожных платьях и с дорожными сумками. Баулы мы погрузили в карету. Я помог гостьям и тётушке сесть в карету. Когда я подал руку девице фон Дозенберг, рука её была холодна как лёд и дрожала. Глаза её были полны влаги. Она показалась мне ребёнком, которому не дали желанной игрушки. Но как же она была мила!
Я поспешил к своей карете и мы тронулись в путь.
- Папа, а графиня фон Кауниц и её воспитанница уезжают? – внезапно спросила Анна.
- Да, дитя моё, они и не собирались у нас задерживаться. Кроме того, у графини возникли срочные дела, так что из Липницы они возвращаются в Дёлявар за вещами и уезжают домой.
- Но папа, ОНА же Вам понравилась? – Анна сделала по-детски круглые глаза.
- Папа, папа, скажи, чтобы Ли не уезжала! – вдруг подал голос Изидор.- Она забавная!
- Милые мои, Алойзия не игрушка, так дела не делаются. Если вы её так полюбили за эти два дня, что ж, я подумаю, как нам уговорить девушку вернуться сюда. Но тогда она будет называться вам мачехой. Хотите вы такую вторую маму?
Изи вдруг начал плакать. Нет, не так. Слёзы хлынули у него из глаз, но сам он молчаливо отвернулся от меня. Анна тоже насупилась.
- Маму никто не может заменить! – воскликнула она.
- Но по-другому мы не можем удержать тут Ли. – сказал я.
- Мы можем позвать её к нам в гости! – возразила Анна.
- Дитя моё, мы не можем позвать в гости незамужнюю девушку без компаньонки. Это бы уничтожило её жизнь, и пало бы позорным пятном на нас. Будь рассудительной и не ставь свои желания выше потребностей других людей и морали. Я должен буду попросить вашу гувернантку уделить больше внимания изучению этих вопросов. Наш титул и положение обязывают вас обоих больше думать о последствиях своих действий. От нас зависят судьбы людей, мои милые. Мы получили земли и титул, чтобы заботиться об этом крае и людях, населяющих его. Это ответственность...
Я стал рассказывать детям о том, что значат эти земли для родной страны, какие народы тут живут, почему важно сохранять их традиции. За разговорами мы и не заметили, как карета свернула на городскую улочку Липницы. Вот мы и приехали.
Глава 38. Липница. Дорога в поместье друзей.
До моего брата это было небольшое поселение на берегу ручья Липницы. И с давних времён здешняя вода, чистая и холодная, славилась своими целебными свойствами. Водой из здешнего «святого» источника лечили нервные болезни, страхи и усталость.