Сборы наши не были долги, так как всё было заранее готово. Несколько экипажей – наша карета, да два со слугами и вещами – составляли наш поезд. Вещи, уже сложенные заранее, погрузили в багажные короба с вечера. Утром мы встали, плотно позавтракали, оделись в дорогу и, помолясь и перекрестясь, тронулись в путь. Старая кухарка пролила нам вслед воду для хорошей дороги.
Погода стояла бодрящая. Солнце переодически скрывалось за пушистыми облаками. Дул сильный ветер, и поэтому на улице казалось холоднее, чем было в действительности. Мы кутались в плащи на меховом подбое. В карете было не так холодно. Впрочем, мы взяли македонские пледы, пушистые и тёплые, из белой овечьей шерсти.
За окнами проплывал типичный среднеавстрийский пейзаж – ухоженные поля и сады, милые домики, да вдалеке горы. Путь наш лежал точно противоположно тому, что я проделал в молодости с чешского севера к Вене. Воспоминания захватили меня. Я начал рассказывать детям о тех событиях. Изидор слушал, жадно ловя каждое слово. Анна была удивлена, что её отец оказался не только мирным помещиком, как она всегда знала, но ещё и военным. И только тётушка украдкой смахивала слёзы уголком кружевного платочка.
Мне было жаль её расстраивать, ибо её воспоминания были горше моих. Но дети должны были знать, каков их отец. А также, что такое война, и к чему надо быть готовым, в случае чего.
За день добрались мы до небольшого местечка Бад Кольбрюнн. Само название говорило нам о том, что здесь есть какие-то источники. Впрочем, единственное, что нам нужно было – это постоялый двор. Такой и сыскался, небольшой, чистенький, весь уже украшенный адвентскими украшениями. Только вот незадача – слуги в нем никак не помещались, так что пришлось искать ещё и размещение для них. Это было досадным занятием после целого дня пути. Впрочем, неудобства быстро померкли на фоне вкусного ужина, который нам предложили хозяева. Еда была простая, но видно было, что приготовлено с душой. Нам подали тыквенный суп с семечками, золотистый и благоухающий. Он согрел нас после ветренного вечера. После этого нам принесли форель с грибами. Правда, вкус её отличался от того, что я не раз пробовал в Вене в ресторации. Но, честно говоря, такой, немного деревенский, природный, что ли, вариант, мне даже больше понравился. После ужина нас разместили в комнатах так, что я оказался с сыном, а тётушка с Анной. Впрочем, так было даже лучше.
Утром мы продолжили путь. Несколько дней мы ехали с утра до вечера, и останавливались в небольших местечках уже вечером или даже затемно. На четвёртый день доехали мы до невероятно красивого городка Никольсбурга. Удивительная картина открылась нам. На одной горе стоял укреплённый замок, виднелись шпили церквей, на другом холме высилась одинокая башня. В лучах заката зрелище было завораживающее. Мы решили задержаться и осмотреть городок. Так что утром мы вышли из постоялого двора в нижней части города, и отправились осматривать место, в котором мы остановились.
Весь Никольсбург располагался на склонах двух холмов да в лощине между ними. Замок и башня были старинные, но, видимо, подвергались перестройке. В основном этот богатый городок был застроен в эпоху барокко, и то очень пышно. Как оказалось, это совсем неудивительно. Как раз с 15 века здесь осела большая еврейская община. Местные князья не стали устраивать гонения, наоборот, приютили гонимых, разрешили им построить ешиву, а за это община финансировала владельцев этих земель.
Вдоволь налюбовавшись, мы пообедали в городе и вернулись на постоялый двор.
Утром мы выехали в сторону Брюнна.
После целого дня пути мы прибыли в столицу Южной Моравии. Погода откровенно портилась. Дул холодный ветер, и потихоньку сгущались тучи. На ночёвку мы встали опять на постоялом дворе. Увы, при сильном ветре тепло из комнат выдувало, и растопленные камины помогали слабо. Мы все кутались в пледы, в кровати хозяева принесли нам грелки. Изи забился ко мне в кровать, и мы уснули обнявшись.
Утром я проснулся, увидел прижавшегося ко мне Изидора, и мне стало так жаль его. Зачем вся эта поездка? В большом тёплом доме в Вене всем было бы уютнее и теплее. Однако было время подниматься. Я выбрался из-под пледа и подошёл к окну.