Жёнушка гордо вскинула голову, задрав свой очаровательный носик, который так хотелось чмокнуть.
- Может, прежде вынесения приговора ты выслушаешь и другую сторону, госпожа судья? – Эржи рассмеялась на эту мою тираду. – Только для начала скажи, если оставить на стороне моральную сторону вопроса, я тебе не противен?
- Ну, если... Если абстрагироваться, то нет, не противен...
- Тогда продолжим. Сначала про Марго. Она хорошая девушка, и я был искренне в неё влюблён. Однако это прошло. Прошло именно тогда, когда на свадьбе она сначала дала легко себя увести себя в тихую малую гостиную, а потом рассыпала пощёчины и оскорбления мне. И, да, она принимала мои ухаживания, ни разу не сказав, что у неё есть кто-то другой. Я не отрицаю, моя пьяная выходка на венчании не показывает меня с лучшей стороны. Кстати, есть традиция – во время свадьбы кто-нибудь пытается украсть невесту. И вся соль в том, что жених и кум должны блюсти молодую жену как зеницу ока. Если прозевали – сами виноваты. Однако всё, что происходило в той гостиной – это были лишь разговоры! Я только хотел узнать у Маргареты, как же так? Почему она выбрала не меня? В ответ я получил лишь оскорбления.
- Удивительно, мне Марго рассказывала совсем другое! – прошептала Эржбета.
- Теперь про тебя. Я давно тебя заметил, но ты была очень мала, так что я о тебе думал исключительно как о милом ребёнке, сестре. Но когда я вернулся с войны, с ранением, я увидел тебя по-новому. Многое случилось между свадьбою Дёрдя и моим возвращением. У меня поменялось понимание, что важно, а что – нет. Я стал другим, по другому посмотрел и на Марго, и на тебя. И увидев тебя и её по-новому, понял что ты несравненно лучше, чище своей сестры. И что я буду бороться за тебя.
-Но я же отказала тебе! – воскликнула она.
- Да, – спокойно продолжил я. – Ты мне отказала. Однако так, что я и далее надеялся, что у меня есть шанс.
- Но я бы отказывала и отказывала. И надежда бы постепенно угасла! – щёки Эржи горели, но она этого не замечала. – Потому что ты совсем не такой, как мне казалось в начале. Твои моральные принципы далеки от идеала, ты отпетый... отпетый бабник! – о, какие слова знает моя жёнушка!
- Не думаю, что опытность мужчины до свадьбы – это минус. Даже подозреваю, что скорее плюс, - я откровенно веселился. – Думаю, тебе было бы очень неприятно иметь неопытного юнца в постели, который бы учился, хм, на тебе. Впрочем, об идеалах. Насколько я помню, покойный кузен Дёрдь, не тем будь помянут, до женитьбы не был монахом, даже скорее наоборот. Брат мой, пока не встетил свою любовь, слыл записным сердцеедом и разбивал женские и девичьи сердца чуть ни одним взглядом. Я гораздо скромнее их в своих достижениях, душа моя. А с тех пор как я понял, что ощущаю к тебе, у меня нет желания даже смотреть на других девиц. Довольна?
Эржбета отвернулась, пытаясь скрыть улыбку и делая вид, что изучает вид за окном.
Вдоль дороги расли разлапистые пинии, сплетаясь ветвями в причудливые орнаменты, в просветы виднелось море, с другой стороны дороги был вырыт канал, в котором плескалась вода. За каналом виднелись ухоженные поля и россыпи домиков.
Чивиттавеккиа оказался небольшим рыбацким поселением. К нашей радости, мы нашли небольшую шхуну до Ливорно, так что нам предстояло перед Флоренцией посетить Пизу.
Через некоторое время после выхода из порта нас начало ощутимо качать на волнах. Небольшое судёнышко переваливалось с боку на бок, что доставляло мне, а особенно Эржбете, массу неприятных ощущений. Наконец капетану удалось выровнять судно носом к волне, но это слегка корректировало наш курс, и время в море неизбежно увеличивалось. Поднялся ветер, и нам предложили разместиться в кабине, вернее приказали это сделать. Однако в душном помещении неприятное состояние от качки только усиливалось. Так что впечатление от этого плавания были весьма неоднозначные. Впрочем, доставлены на место мы были живыми и здоровыми, а что при этом твёрдый берег казалось качался, так это всё мелочи.