- Тун, ты не понимаешь. Народ тут как неживой. Растёт что – и ладно. А сами в кабак да в кабак. Вот, на чехов моих погляди – и жнут, и сеют, и пляшут. А эти... - я махнул рукою с досады.
- Воспитывать людей надо. Только не ждать результата сейчас. Детям твоим результат виден будет. И, кстати, ты забываешь, что чехи твои – это те, кто энергичный, смелый и работящий. Другие не поехали бы. А местные, раз сиднем сидят, значит полная им противоположность.
Я усмехнулся.
- Тебе б мои заботы да труды, братец, - начал я.
- А тебе мои. Мечусь через полстраны как заведённый, ни семьи, ни детей. Про сына ни слуху ни духу. Впрочем, вот пожалуй женюсь-ка я на Каталин Кардош. Познакомили нас на приёме у Эрдоди. Семья благородная, старая венгерская аристократия, о чём и фамилия говорит, весьма рыцарская. А сама девица хороша! Дивные зелёные глаза, черные волосы, кожа светлая, стан гибкий... Никого тебе не напоминает?
- Твою Кату? – мне стало немного не по себе.
- Да. Словно судьба, отняв у меня мою голубку нежную, решила исправиться и подарить мне другой шанс. У неё тоже глаза зелёные как изумрудный шёлк! – Антун улыбался, и мне это грело душу. – Решено. Я делаю ей предложение, и привожу их знакомиться к вам.
- Только не торопись, брат. – и всё-таки нехорошее какое-то чувство теснило мне грудь.
В этот момент в гостиную влетела моя ватага отважных малышей. Предводительствовала Анна, носясь с яркой погремушкой в руках, остальные бежали за ней, а следом Эржи и нянечка, раскрасневшиеся и такие прелестные! Увидев любимого дядю, ребятишки сейчас же переключились на него, забравшись на него все четверо. И он сразу расцвёл, подхватывал каждого на руки поочереди, смеясь, что-то выспрашивая у них. Я подумал, что он будет прекрасным отцом. Даже лучшим, чем я. Ревнивый червячок шевельнулся в глубине души моей. Да что ж это я! Он же брат мой, нет на свете человека мне ближе.
После обеда Тун уехал. А я всё раздумывал о нём. Удивительное дело. Ката мне тоже нравилась, правда не настолько, чтобы для неё всё бросить. Марго и Эржи были совершенно другого типажа. А кроме них мне нравились многие женщины, и далеко не все из них были сероглазыми блондинками. Были и шатенки, и рыжие, и черноокие, и с синими глазами. И я не мог определить некий типаж, который бы меня однозначно каждый раз одушевлял. Вот так, как брат? Увидел снова зелёные глаза - и уже влюблён? Но может она совершенно другая характером, потом она намного моложе. Будет ли из всего этого толк?
И как отразится на моей семье, если толк всё-таки будет?
***
Примерно через неделю Антун привёз к нам будущую невесту и её родителей знакомиться. Заманил он всех сюда прогулкой на природе, красивыми видами и старинной башней. Так что когда все собрались – брат приехал верхом, а семейство Кардоши прибыло в экипаже – мы все отправились осматривать наши окрестности.
Эржбета радостно приняла Каталин и семейство, выказав им всё благорасположение, была мила, любезна и обходительна. Дети висели на Антуне. А я...
Первой реакцией был настоящий шок. Я старался не выдать свои чувства. Но несмотря на то, что брат описал свою новую страсть, я всё-таки не ожидал увидеть почти точную копию нашей Каты.
Правда, когда я немного пришёл в себя и успокоился, то начал замечать разницу. Ката была смуглее, что неудивительно, она выросла в сельском имении и часто бывала на открытом воздухе, не гонясь за «модной бледностью» и прочей шелухой и не употребляла косметики.
Каталин была белокожа, да ещё и пудрилась и румянилась, хотя делала это весьма умело и со вкусом. Вообще, Катарина была модно одета и убрана, хотя повод встречи был семейная прогулка по имению. Беря какой-нибудь предмет в руку, она жеманно отставляла мизинчик. При представлении кому-либо она приседала в изящном реверансе. Я попытался представить Кату Джороевич, склонённую в реверансе или с жеманно оттопыренным пальчиком. Увы, моя бедная фантазия помешала мне это сделать.
А главное – глаза. Такие же изумрудные, как у Каты. И не такие же. Выразительные, живые, всегда заинтересованно и даже с любопытством глядящие на мир очи непосредственной сельской девушки, обрамлённые густыми длинными ресницами против томных, с поволокой, немного скучающих глаз провинциальной красавицы, знающей о своей привлекательности. Самое большое отличие было в выражении глаз, холодных и надменных. Хотя с чего бы ей так возноситься перед нами?