Эржбета засмеялась.
- Душа моя, не будь малыш такой маленький, я бы попросил тебя навестить графиню Каталину. С ней произошли удивительные перемены. И ей сейчас очень плохо. Но заставлять тебя ехать по эдакой грязи с маленьким – это кощунство.
Мы с ней обнялись и договорились подробнее обсудить всё завтра. Сейчас же усталость валила меня с ног.
Утром я вдоволь наигрался с детьми. Конечно, интереснее всего было со старшими, с ними можно было уже разговаривать на разные темы. Так забавно было слушать их «взрослые» рассуждения, не лишённые логики, зато основанные на коротком детском опыте. Как трогательно и чисто они умилялись явлениям природы, как смешно говорили о нашей взрослой жизни, о соседях. Анна и Михо очень загрустили, когда узнали, что их любимый дядюшка уже не с нами, а взирает на них с небес. Анна вообще убежала к себе плакать.
Я сам чуть не расплакался, когда вспомнил брата. Столько лет он был моей опорой, моей совестью и моей семьёй. Нет, я не остался один. Но словно что-то во мне надорвалось с уходом брата в мир иной.
Тут я обнаружил в кабинете тётушку. Она была во всём тёмном.
- Сынок, ты приехал. И радость, и печаль, милый мой. Так в жизни всегда, одно с другим за ручку ходит... Пойдём, попъём кофе да поговорим, душа моя.
- Пойдёмте, ma tante.
За кофе мы сначала вспоминали брата, потом перешли на общих знакомых. Приятный расслабленный завтрак. К нам присоединилась Эржбета, но кофе пить не стала, только ромашковый чай – чтобы не навредить малышу.
Глава 26. Завещание
Я едва успел возвратиться к назначенному дню. Утром в кабинете дворца собрались все позванные и нотар. Среди присутствующих оказались мы с женою, тётушка, вдова брата и, как ни странно, Йово Джороевич. Я едва узнал в этом потрёпанном мужчине брата нашей Каты.
В общем-то я недоумевал – что забыл на оглашении завещания этот человек. Однако вскоре всё встало на свои места. Как я и предполагал, брат оставил мне графство. Он меня готовил к этому, передавал дела, так что это для меня новостью не было. Так же мне передавались по наследству все земли и всё движимое и недвижимое имущество, кроме особо оговоренных в завещании. Также ни у кого не вызвало удивление, что тётушка получила назад своё поместье.
Однако дальше начались неожиданности. Каталина получила поместье Виллендорф, в котором они и венчались. Она, однако, залилась слезами и, проговорив что-то вроде, что «без него всё это ненужно», убежала в свои комнаты.
Отдельной строкой был выделен сын Антуна от, как было написано, невенчаной супруги Катарины Джороевич, которому в случае, если он найдётся, передавалось поместье нашего с Антуном отца.
И отдельно были упомянуты ценные бумаги и векселя, связанные с именем Йово бл. Джороевича, каковой задолжал Антуну такую сумму, что у меня на мгновение помутилось в голове, когда я услышал цифры. И наследнику давалась власть пустить все эти бумаги в дело в случае, если вышеупомянутый господин не найдёт своего племянника и сына покойного графа. Йово побледнел и чуть не упал в обморок. Однако удержался на краю сознания и успел доковылять до стула. Теперь все карты были раскрыты.
Все поздравляли меня с новым титулом. А мне хотелось провалиться сквозь землю. После брата какой я граф.
В тот же день начались визиты соседей. Рукопожатия, лобызания, пожелания удачи... Пришлось решиться на небольшой приём по этому поводу. Ничего торжественного нельзя было провести всвязи с трауром, что мне очень нравилось. А небольшой неформальный обед для соседей и друзей был просто необходим, чтобы не терять зря время. Увы, с принятием титула дел навалилось ещё больше. Я уже мысленно готовился к отъезду.
В назначенный день, в субботу, стали съезжаться гости. Несмотря на не самый весёлый повод собрания, за столом было оживлённо. Дамы, что весьма натурально, общались на темы мод, замужеств и детей. После нескольких перемен блюд и чаш вина – на стол была поставлена грашевина из нашего виноградника – мужчины переместились в красную гостиную, где сейчас же началась игра в карты.
За беседами время летело незаметно. От тем внутренней политики и хозяйства мы постепенно перешли к событиям в соседних странах. Особенно всех волновала Франция. Неурожай нескольких лет, довольно молодой и слабый король и общее брожение умов – всё это давало гремучую смесь, готовую вспыхнуть в любую минуту. Кто-то из гостей «по секрету» рассказал, что в Париже готовится переворот, и он даже примерно знает руководителей будущей смуты. Я не был столь уверен в этих рассказах. Однако такой поворот событий явно усложнял поиски моего племянника.