— Я же сказала, что мой ворох больше, — усмехнулась Валькери, глядя на его изумление.
— Распаковать их займёт несколько часов, — заметил Драко, справившийся с удивлением.
— Часов?! Ты хотел сказать дней! — поправила его Пэнтекуин. — Ну что, приступим?
Он обречённо вздохнул, с тоской обводя взглядом завалы в комнате.
— Может, сначала всё-таки откроем мои? Их ведь так мало…
— Уже мало? Был же целый ворох! — она усмехнулась. — Ну ладно, давай.
С его подарками они разделались достаточно быстро — всего за полчаса. Всё было как обычно — подарки от матери, родственников, слизеринцев. Внимание Драко привлекла лишь одна плоская коробка — из красного дерева, небольшая, но богато украшенная резьбой.
— Это от Ксирона, кажется, — прокомментировала Валькери. — Он обещал прислать какую-нибудь вещицу, помогающую в борьбе против Уничтожителей. Интересно, что именно?
Драко открыл коробку и в замешательстве посмотрел на то, что в ней лежало. Какое-то золотое украшение… цепочки… Валькери сдавленно охнула.
— Ничего себе, — поражённо прошептала она. — Это же Длань Силы! Таких в мире всего около десятка! С ума сойти! Ну-ка, надень!
— Каким образом? — иронично поинтересовался Драко, вертя вещицу в руках.
— Видишь пять колец? По одному на палец… ты левша? тогда на левую руку… цепочки должны идти с тыльной стороны кисти… так… видишь, они соединяются с браслетом? застегни его на запястье. Вот так!
Внезапно украшение стало сжимать руку Драко всё сильнее и сильнее, на глазах врастая в кожу. Однако боли не было — только лёгкое покалывание. Вскоре Длань Силы полностью исчезла, слившись с его рукой. Не веря своим глазам, Малфой поднёс руку ближе к глазам. Ничего! Ни малейшего следа! Словно бы он его и не надевал никогда.
— Ну, что чувствуешь? — поинтересовалась Валькери.
— Ничего, — немного растерянно пробормотал Драко. — Совсем ничего. Хотя… — он потрясённо умолк, осознав, что же изменилось.
Словно мир вокруг внезапно обрёл невероятную отчётливость: он слышал тихое шуршание чешуи по полу — леди Шилара двигалась по коридору… чувствовал запах кухни от Пэнтекуин, хотя они были там час назад… все его чувства обострились до нечеловеческого предела. Драко судорожно выдохнул и расширившимися глазами посмотрел на Валькери. Она довольно улыбнулась.
— Уже понял? И это ещё не всё…
Она прикоснулась к его щеке кончиками пальцев, и Драко почувствовал, как по его телу прошла дрожь — настолько чётко он ощутил каждую клеточку своей и её кожи. И это прикосновение вызвало… довольно интересную реакцию его организма.
— Ты теперь чувствуешь почти так же сильно, как и я, — хрипло прошептала Валькери. — С одного лишь прикосновения ты можешь ощутить настроение… — она придвигалась всё ближе, — …эмоции… — ещё ближе, — …чувства… — их губы почти соприкоснулись и она тихо выдохнула, прикрыв глаза, — …желания…
…Они медленно опустились на мягкий серебристый ковёр. Драко прикоснулся губами к её шее; она издала низкий чувственный стон, и он почувствовал её возбуждение, переплетающееся с его собственным, которые в свою очередь чувствовала она… Её руки скользнули по его спине, пальцы лёгкими прикосновениями пробежались по позвоночнику… и она сама ощутила почти то же, что и он. Их чувства и ощущения слились воедино, и, волной перекатываясь от неё к нему и обратно, постепенно возрастая до немыслимых высот, доводили их обоих до экстаза. Тихие стоны, бессвязные бормотания, срывающееся дыхание… нежные объятья… обнажённая кожа с таким знакомым и любимым ароматом… его ласковые руки, мягко касающиеся её тела, безошибочно выискивающие наиболее чувствительные точки благодаря единству их чувств… её мягкие тёплые губы, скользящие по его шее, груди, животу, спускающиеся ещё ниже…
Наконец она добралась до места назначения, и к губам присоединился язык; она провела им по его возбуждённой плоти, поднимаясь от основания всё выше… Драко хрипло вскрикнул и почувствовал, что она хищно улыбнулась, не прерывая своего занятия.
Медленно, дюйм за дюймом, она заглатывала его напряжённый орган; её язык выделывал поистине невероятные вещи, заставляя Драко стонать от наслаждения. Он ощущал на своей коже её длинные волосы, густой волной накрывающие их обоих; учащённый стук её сердца, который он слышал теперь особенно отчётливо, заставлял его собственное сердце биться быстрее. Ему хотелось вцепиться в эти роскошные волосы, в её плечи — но он побоялся причинить ей боль, и вместо этого судорожно сжимал пальцы, захватывая ворс ковра.