— Малфой сказал, что ты пошла в лес. Он как-то почувствовал, что с тобой что-то не так. Что случилось, Вал?
Пэнтекуин горько усмехнулась.
— Если бы я знала, Гарри. А почему Драко не пошёл за мной сам? — внезапно спросила она, когда они уже выходили из леса.
Гарри пожал плечами.
— Не знаю… Он выглядел как-то странно.
Валькери внезапно остановилась как вкопанная.
— О нет! — в ужасе прошептала она. — У нас же теперь постоянно замкнут ментальный контакт, после того как мы… А я не поставила мыслеблоки!.. Драко!
И она кинулась в сторону замка.
Глава 16
Словно ураган, она ворвалась в Большой Зал, но Драко там уже, разумеется, не было. Валькери попыталась нащупать его разум, но наткнулась на мощную блокировку и отступила. Конечно, она бы легко разрушила этот щит, но не хотела делать этого.
Глубоко вздохнув, она помчалась в гостиную Слизерина, но по пути наткнулась на Вильяма Блэкуорта, слизеринского вратаря. Он было хотел проскользнуть мимо, но Пэнтекуин поймала его за рукав робы.
— Драко в гостиной? — спросила она.
— Н-нет, — заикаясь, пробормотал Блэкуорт, — он ушёл где-то двадцать минут назад. Он был в зимней мантии, наверное, пошёл гулять…
Но Валькери не дослушала его, и выдохнув: «Хогсмид!», — развернулась и выбежала обратно на улицу. Слизеринец проводил её изумлённым взглядом.
Пэнтекуин быстро шагала по дороге, временами переходя на бег, стремясь поскорее догнать Драко. Она не ошиблась: в воздухе ещё витал чуть уловимый аромат его одеколона; разумеется, почувствовать его могла только она.
«…Вал, что, ради Мерлина, случилось?!» — мысленный голос Гарри был полон тревоги.
«…Это касается только нас с Драко, — мягко ответила Валькери. — Не волнуйся».
И она прервала контакт, потому что это мешало ей сосредоточиться. Идти было довольно тяжело: она не проваливалась, но дорога была вся изрыта следами, и от этого она двигалась медленнее, чем хотелось бы. В конце-концов она сошла на обочину, где снег был нетронут, и пошла быстрее.
Девушка рассчитывала догнать Драко ещё на середине пути, но он шёл гораздо быстрее, чем она думала, поэтому она догнала его уже в самом Хогсмиде, в начале главной улицы.
— Драко, подожди! — крикнула Валькери.
Малфой остановился, но не обернулся.
— Нам надо поговорить, — сказала она, подходя ближе.
— Не надо. Я всё понял, — глухо проговорил Драко каким-то чужим, незнакомым голосом.
— Ничего ты не понял, — воскликнула Валькери. — Я могу всё объяснить.
— Зачем? — горько усмехнулся он. — Я не дурак, Вал. Твои мысли были слишком ясными.
— Драко… — начала она, подняв руку, чтобы положить ему на плечо.
Не оборачиваясь, он шагнул в сторону, и её рука замерла в воздухе.
— Мне не надо твоей жалости, — прошипел он.
— Жалости?! — Валькери задохнулась от возмущения. — А ну, посмотри на меня! Сейчас же!
Драко не пошевелился, и она резко схватила его за плечи и повернула к себе лицом. Слова замерли у неё на губах, когда Валькери увидела выражение его глаз. Однажды она уже видела такое отчаяние. У Сеидара, отца Ровены и Хельги. В её сердце закрался страх за Драко.
Пэнтекуин шагнула к нему и обняла, прижавшись лбом к его груди. Но он по-прежнему оставался напряжён, готовый в любую секунду оттолкнуть её.
— Почему ты не веришь мне? — горько прошептала она.
— Потому что я прочитал твои мысли, — его голос был сух. — В мыслях ты не можешь лгать. Ты хочешь его, а не меня.
Драко попытался отстраниться, но Валькери лишь крепче прижалась к нему.
— Ты прочёл не всё, — прошептала она, поднимая глаза и встречаясь с ним взглядом…
Внезапно на Драко, сметая все его ментальные блоки, нахлынула волна её чувств, полностью затопившая его разум. Хотя нет, это был настоящий океан — безбрежный и бездонный, в котором растворялся весь мир. Такое нельзя описать — словно его сознание внезапно впустило в себя что-то несравненно большее и могучее. Пэнтекуин до конца открыла ему свой разум, самые потаённые мысли, все, начиная даже с самого раннего детства. Это были скорбь по умершим друзьям и матери, тоска по отцу, ненависть к врагам, мысли о Лоно Хара, жуткие кошмары о времени, проведённом в плену у Джелара, воспоминания о прежних друзьях и любовниках и даже так внезапно вспыхнувшая страсть к Северусу Снейпу… Но главной среди них всех была одна — невероятно сильное чувство, рядом с которым другие просто меркли и терялись.
Любовь.
К нему.
К Драко Малфою.
Он потрясённо выдохнул и посмотрел на Валькери широко раскрывшимися от удивления глазами. Она робко улыбнулась: