Теневой Ветер однажды уже умирал. Когда дружки Косматика проломили ему голову в купальне. Поэтому он безошибочно понял, что сейчас он снова умрёт. И на этот раз его не спасёт пьяная от козьего вина целительница, а строгий, но справедливый старший сторож Урго не остановит злодеев.
Кроме боли, мучило осознание собственной никчёмности. Сколько их учили драться, сколько заставляли лазать и прыгать, а толку? А рукопашный бой, который он так долго и тяжело изучал под наставничеством Анха Бахара? И чем тут помогут сильные ноги и крепкие кулаки? Ладно, ноги. Но ведь даже принадлежность к вольнорожденным, самым лучшим жителям Дивии, не помогла. Зачем вообще быть каким-то там «Властелином Страха», если молодой небесный воин может прибить тебя прямо в Доме Опыта? То есть в том месте, где обещана безопасность всех учащихся и равные возможности в обучении.
Стало так обидно, что хотелось пожалеть самого себя и спрятаться куда-нибудь в тёмный угол, чтобы никакие злодеи тебя там не нашли…
Сквозь гул вихря и собственные крики, Теневой Ветер услышал испуганный голос Арайи:
— Чего он орёт так?
— Больно ему, — пояснил Рено Кохуру. — Я же это, умею «Порывом Ветра» орудовать.
И, бравируя перед девушкой, воин особенно сильно закрутил вихрь. У Теневого Ветра возникло ощущение, что его внутренности превратились в жижу и полились через отверстия в теле…
— Фу, обгадился ещё, — сказала Арайя.
— Бывает такое со слабаками, — деловито пояснил Рено Кохуру.
— Но когда ты бился с Патунга, из вас только кровь текла.
— Так мы же воины. Даже Патунга. Мы умрём, но не обгадимся.
— Прекрати… я не могу на это смотреть…
— Как это прекратить? Я только начал.
— Не знаю, как-нибудь сделай, чтобы не орал.
Рено Кохуру с издёвкой ответил:
— Светлая госпожа священница, люди орут, когда умирают. В первый раз, что ли видишь чужую смерть?
— Я видела, как подыхали слуги, но чтобы настоящие люди…
— Ну вот, этот грязеед подыхает по рабски: кричит и гадит.
— Так нельзя… Он же прирождённый.
Вероятно, слова девушки задели Рено Кохуру, напор вихря ослаб. Он недовольно сказал:
— Так говоришь, будто я убийца. Ты свидетель, что у нас поединок начался.
— Ты сказал ему, что у вас не поединок, — еле слышно и как-то виновато пробормотала Арайя.
— Да это же было словесное сражение! Такое всегда перед поединком происходит. Это закон. Я же не виноват, что этот грязеед не умеет драться словом. И вообще не умеет. Но он принял мой вызов, так что его убийство — это не уби… То ест… Тьфу, ты поняла, короче.
Арайя с мучительным сомнением в голосе согласилась:
— Раз всё по закону, то ладно. Но он орёт уж очень. Сейчас сюда все прибегут. Нельзя ли заткнуть его?
— Есть «Облако Тьмы»?
— Нет.
— Ну, тогда не заткнуть. Только прибить, чтобы сознание потерял.
— А он потерял?
Для проверки, Рено Кохуру прибавил оборотов в вихре, разрывавшем Теневого Ветра на части. Он заорал сильнее прежнего.
— Нет ещё.
— Кажется, хватит с него, — попросила Арайя. — А то помрёт ещё. Это недопустимо в Доме Опыта.
— Верно говоришь.
— Но мы же не можем его бросить тут? В луже крови и нечистот?
— Бросить? А хорошая мысль. А ну-ка, отойди, красавица.
Вихрь «Порыва Ветра», не прекращая терзать Теневого Ветра, приподнял его над полом, пронёс куда-то и резко пропал.
Теневой Ветер был истерзан и изломан, но ощутил прохладу воздуха, короткий полёт и хруст ломаемых веток — его попросту выбросили в окно.
ТЕНЕВОЙ ВЕТЕР НЕ ПОМНИЛ, кто его нашёл и как он оказался в родном гнезде.
Внутренний Голос уверял, что его отыскала Смертельный Туман. Она же заставила целителя её отряда оказать ему помощь. Тот без особого рвения остановил кровь, но заживлять сломанные и торчавшие наружу кости отказался, сославшись, что ему необходимо беречь линии для товарищей по отряду, а не тратить их на каких-то болванов, выпавших из Дома Опыта. Взвалив Теневого Ветра на плечи, Смертельный Туман полетела на место для приземления акрабов и взяла извозчика до рынка Седьмого Кольца, где отыскала продавца ароматной ман-ги…
Но в личной памяти Теневого Ветра ничего этого не сохранилось. После падения из окна, он помнил только, как лежал на изломанных ветках и смотрел в синее Небо. Он ждал, что вот-вот из не го выйдут грани умершего. Странным образом он думал не о том, что произошло, а о том, как убил молотком служанку, а тело её сбросил со стены, совсем как Рено Кохуру выбросил его. И Небо тогда тоже было синее, хотя и вечернее.