Каждый шаг давался с болью и стоном. Кости были мягкие, как травинки, а из-за покалеченного позвоночника тело болталось, как надломленное дерево ман-ги во время очищающей бури.
Но в душе у Теневого Ветра тоже ревела буря. Он хотел, чтобы вожак раз и навсегда объяснил, почему наёмных убийц из «Властелинов Страха» никто не боялся.
И когда они уже будут убивать, а не торговать кристаллами и музыкальными инструментами?
ПТЕНЦАМ ЗАПРЕЩЕНО ПРИБЛИЖАТЬСЯ К гостевому дому, поэтому у них сложились легенды о том, что в этом доме хранились несметные сокровища и кристаллы невиданных озарений.
Раздвижная дверь оказалась не на замке — даже слегка приоткрытой, словно приглашала войти.
Внутри горел желтоватый светильник, освещая убранство.
Фантазии детей оказались правдой, по крайней мере, насчёт первой комнаты — она была забита дорогими вещами: сундуки, покрытые узорами; сундучки для золотых граней и особые полки для хранения шкатулок с ценными кристаллами. Пол был выстлан коврами в несколько слоёв, а по стенам развешаны бронзовые диски с прикреплёнными к ним украшениями, скорее всего, спасительными. На крестовидных стойках были растянуты халаты и туники — мужские и женские. Все не новые, но дорогие, обвисшие под тяжестью узоров и слоёв ткани. Разнообразные сапоги и сандалии были расставлены на дополнительных полках вдоль стен. Отдельными башенками располагались ларцы для дружественных даров разной степени дороговизны. Рядом примостилась башенка ларцов недружественных даров — одинаковой степени уродливости.
Теневого Ветра посетило чувство узнавания. Голос напомнил… Точно! Он видел эти вещи в доме на последнем уровне Ристалища Предназначения. Одновременно с горечью он подумал, что сокровищница «Властелинов Страха» выглядела беднее, чем предбанник купальни дворца рода Наби… Конечно, если эти вещи распродать, гнездо протянет ещё какое-то время. Но сокровищница гнезда должна накапливать богатства, а не тратить их.
— Зачем ты пришёл сюда? — спросил вожак, появившись в одной из входных арок.
— Мне надо кое-что узнать.
Молодой Теневой Ветер сел на сундук. Вожак Теневой Ветер сел напротив него.
— Я так не могу! — сказал Теневой Ветер. — Объясни мне.
— Что?
— Всё! Как мне дальше существовать?
— Для начала тебе необходимо поправиться. Потом вырастишь новые зубы…
— Да я не об этом!
— О чём же?
Вожак Теневой Ветер словно бы увиливал, не желая слушать молодого Теневого Ветра.
— Например, объясни мне, какие мы, в задницу, вольнорожденные, если не можем дать отпор дерзкому простаку из славного рода?
— Ну…
— И какие мы наёмные убийцы, если нас, Создатели ведают сколько уже времени, не нанимали для убийств?
— Однако ты скор на суждения. Всё-таки нанимают иногда. Просто эти заказы выполняют взрослые, а не птенцы.
— К чему тогда брать в гнездо птенцов и учить их убивать, а после этого отсылать их в Дом Опыта, чтобы они там резали не головы простаков, а узоры для кувшинов и левой стороны малого долбяка?
— Ты погоди, сначала надо…
— В конце концов, зачем врать себе и другим, что вольнорожденные якобы презирают законы Прямого Пути, при этом всё время боятся нарушить их?
— Не, ну теперь ты слишком…
— И почему священница и небесный воин нарушили эти законы без страха перед Обвинением и Правдой?
— Тут немного другое…
— Какие мы после этого вольнорожденные? Чем мы вообще отличаемся от простаков?
Высказавшись, молодой Теневой Ветер засопел, переводя дыхание. Он сам испугался своих вопросов, не ожидая, что они будут облечены в настолько резкие слова.
Вожак Теневой Ветер, который во время речи молодого Теневого Ветра постоянно хотел что-то сказать, теперь молчал. Молчал и молодой Теневой Ветер. Опухшим от внезапной жажды языком он водил по гладкому фарфору вставных зубов.
«В сущности, неважно, что скажет вожак, — подумал он. — Само его молчание всё объясняет».
— Ты и я принадлежим одному имени в разных его сроках жизни, — произнёс вожак. — Это имя прошло по Всеобщему Пути десятки поколений, как имена других вольнорожденных. Оно взяло нас, чтобы пожить с нами, а потом проводить в Последний Путь и идти дальше с другими людьми, достойными этого имени.
«Ясно как лунной ночью, — грустно подумал Теневой Ветер. — Вместо прямых ответов вожак выбрал окольные поучения. Неужели это всё, на что он способен?»
По привычке молодой Теневой Ветер кивнул.
— Хотел бы я сказать, что все твои сомнения порождены твоей молодостью и глупостью. Но ты и я принадлежим одному имени. И хотя я могу врать тебе как вожак птенцу, я не могу врать как Теневой Ветер Теневому Ветру.