Туман смягчилась:
— Ты не подумай, что старшая вознёсшаяся какая-то сволочь и негодяйка. Она вообще мне мать заменила. Да и танцовщицами, равно — шлюхами, девочки по своему желанию становятся. Так быстрее заработать на домик в Восьмом Кольце. Многие её воспитанницы стали жёнами порядочных людей. Она никого не заставляет. Просто направляет на лёгкий Путь девочек, согласных танцевать и возлежать за деньги. Ну и часть денег берёт себе, всё по справедливости.
— А ты не хочешь танцевать? — ухмыльнулся Теневой Ветер, просто, чтобы хоть что-то сказать.
— Я хочу убивать и молиться Движению Луны. Тебе ли не знать.
Это было сказано таким серьёзным тоном, что Теневой Ветер убрал ухмылку. Сохраняя серьёзность, сказал:
— Получается, ни у тебя, ни у меня нет жилья.
— Получается.
— У меня есть девять тысяч.
Смертельный Туман согласно кивнула:
— На первое время нам хватит на комнату в какой-нибудь халупе Восьмого Кольца.
Вообще-то Теневой Ветер рассчитывал поселиться на родном ветроломе, просто в другой части, подальше от клетки Неистового Урагана, но мысль девушки ему понравилась — ведь он никогда не жил в Кольцах.
А Смертельный Туман деловито продолжила:
— Мы можем объединиться с другим младшими учениками и снять жилище не в Восьмом, а сразу в Седьмом Кольце. Я слышала, так делают ученики с ветроломов, чтобы жить поближе к Дому Опыта. В жилище, если нам повезёт, может оказаться купальня, а это дешевле, чем ходить в общественную.
Теневой Ветер не представлял себе ни отдельного дома с купальней, ни вообще жизни в роскошном Седьмом Кольце, но уверенность Тумана его захватила:
— Это будет великолепно, Дымок… ой, прости, Смертельный Туман.
— Можешь меня так звать, — разрешила она, — всё равно в Доме Опыта нужно использовать наши прирождённые имена.
— А моё прирождённое имя…
Но она прервала:
— Но первое время тебе придётся платить мою долю за жилище, у меня вообще ни грани.
— Конечно, я с радостью!
— И с чего радость? Ты же деньги теряешь.
— Ну, ради тебя не жалко.
— Жалость ни при чём. Когда заработаю, верну тебе с лихвой.
— С лихвой не надо, — великодушно разрешил Теневой Ветер.
— А это уже не твоё дело, с какой лихвой верну.
Теневой Ветер хотел ответить: «Как хочешь», но сдержался. Если бы он произнёс это, она зацепилась бы за фразу и сказал бы что-то ещё, уводя беседу в непонятные дебри, а Теневой Ветер всё равно остался бы в чём-то виноватым перед ней. Так она делала со всеми птенцами, даже с вожаками. Бывший Дымок всегда оставляла последнее слово за собой. Разговор с ней можно закончить только после того, как она что-то сказала и ни в коем случае не отвечать ей.
Тем временем, наступило утро. Сквозь щели в стенах, вместе с ветром, проползли лучи солнца. Сторожа давно проснулись и разошлись. К пьянчугам пришёл водонос. Гремя железными, деревянными и довольно редкими кувшинами из небесного стекла, каких у отца Водоносика отродясь не было, он напоил страждущих, требуя за воду в два раза больше обычной цены.
— Пошли на Висячий Путь, — предложила Туман.
— Ещё рано, нет ни танцоров, ни кукольных представлений, ни…
Туман дёрнула его за рукав халата:
— Какие к грязи танцоры? Тебе надо другую одежду купить, не пойдёшь же ты в Дом Опыта в этих обносках?
— Не пойду, — поспешно согласился Теневой Ветер, хотя не видел в скромной одежде, выданной вожаком, ничего плохого.
21. Смейся над болванами и обманывай простаков
НА ВИСЯЧЕМ ПУТИ НЕТ ни привычной толпы, ни привычного шума. Только ветер свистел, да слышен стук открываемых лавок. Несколько бывших рабов мыли пол, макая тряпки в корыта. У перил висели грузовые небесные дома, с которых перетаскивали охапки ман-ги и корзины с капустой, привезённых для продажи. Вдали блеяли козы и пищали поросята.
— Никогда не была здесь так рано, — сказала Туман.
Теневой Ветер рассказал, что часто видел Висячий Путь в столь ранний час, когда помогал отцу. Приносил ему связку пустых деревянных кувшинов, а он переливал в них ароматную воду, настоянную в большом пузыре из небесного стекла. Пузырь хранился в крошечной лавке, затерянной в переулках Висячего Пути. Папа поглаживал стеклянные бока пузыря и говорил Водоносику:
— Это, сынок, наша с тобой главная ценность. Закалённое небесное стекло! Только оно способно делать ароматную воду. Запомни, если просто бросить цветы и листья пахучей ман-ги в кувшин с водой, получится лишь вода, пахнущая ман-гой, но это не ароматная вода. Ибо только настоянная в сосуде небесного стекла вода приобретает озарённые свойства главного растения летающей тверди. И чем дольше закалка стекла, тем сильнее свойства воды.