— И ты не боишься?
— Но я и не собираюсь никого убивать.
Смертельный Туман яростно сжала кулаки:
— Ага, теперь ты так заговорил? А не ты ли первый предложил убить Гуро Каалмана?
— Предложил. А теперь предлагаю отложить эту задумку. А лучше вообще забыть о ней.
— Да с какой это грязи?
— Пойми, господин Каалман — самый сильный прорицатель. Быть может, самый сильный за все поколения.
— Откуда ты знаешь?
— Во время его правления было принято множество законов, неприятных славным родам и всем сословиям предназначений. Гуро разрушил Дом Войны, унизив Защищающих Путь.
— И запретил им военные набеги на низкие царства, унизив ещё сильнее, — согласно добавила Смертельный Туман.
— Он заставил целителей бесплатно лечить бедноту на ветроломах и провёл закон, разрешающий даже беднякам с окраин становиться уполномоченными помощниками Совета Правителей. Наконец, ты сама недавно узнала, что это из-за него был потерян целый Отшиб!
— Не только по его вине, но его жены.
— Из-за него кусок священной летающей тверди прекратил вечный полёт и упал в грязь. Но виновника даже в Прямой Путь не отправили. Он сделал всё это, но остался жив!
— Среди достижений этого ублюдка ты забыл перечислить, что из-за него «Властелины Страха», да и другие наёмники, растеряли свою власть и гнёзда. Кроме, «Чёрных Мочи-к», которые превратились в скоморохов, дерущихся в Доме Поединка на потеху зрителям.
— Не забыл, а намеренно не упомянул, чтобы ты сама к этому подошла. Как ты считаешь, разве после всего этого Гуро никто не пытался убить?
— Ну, допустим, пытался…
— Я уверен, что вожаки прошлых поколений пробовали продать его жизнь много раз. Но он жив до сих пор. А наши прошлые вожаки — нет. И умерли они не от старости, уверяю тебя.
— Ну, есть кое-что в твоих опасениях.
Теневой Ветер продолжил:
— «Пророческие Сны» этого человека слишком сильны. Он видит свою смерть и обходит её. И продолжается это в двенадцать раз дольше, чем мы с тобой вообще живём на свете.
— И что ты хочешь сказать, что Гуро Каалмана не убить?
— По крайней мере, не нашими силами и не с нашим наивным замыслом.
Сложив руки на груди, отчего на плечах проступили уродующие изящность рук бугры мускулов, Смертельный Туман сказала:
— Грустно слышать это от тебя, кто заронил в мою душу мечту о смерти этого грязееда и возвращении «Властелинам Страха» былой славы.
— Не ври. Это я хочу вернуть славу. Ты хочешь убить Гуро Каалмана из-за того, что он уничтожил веру в Движение Луны.
— Не буду отрицать, это тоже.
— И вот я тебе говорю: прорицатель неуязвим для всех известных нам способов убийства.
— Неуязвимых не бывает. Тебе ли не знать.
— И в чём, по-твоему, уязвимость человека, который предвидел все свои смерти и убил своих убийц?
Слова Теневого Ветра давно убедили девушку, но она по своей закоренелой привычке не прекращала спор, не оставив последнее слово за собой.
— Пока мы эту уязвимость не нашли. Но это не значит, что мы должны прекратить стараться.
— Я не предлагаю прекратить.
— Именно это ты и сказал!
— Я сказал, что наш замысел глуп и наивен. Гуро пытались убить более умные искусные убийцы, чем мы. Он жив, а они нет. Ты хочешь их судьбы для нас?
— Нет, конечно. Не пытайся убедить меня такими тупыми доводами.
— Но ты убеждена?
— Пока что да. Посмотрим, что будет дальше.
— Тогда расскажи мне ещё о Тихом Бунте.
— Да почти рассказала. Четвёртая жена Гуро, священница из рода Гонк, каким-то образом захватила Отшиб Свет Разума…
— Одна священница? — изумился Теневой Ветер.
— Да не одна конечно, она сколотила отряды из нескольких сотен воинов и наёмников.
— А потом?
— Неизвестно, что потом. Известно, что Отшиб упал и умер. А виноват в этом Гуро и его жена.
— А она жива?
— Нет, погибла вместе с Отшибом.
Теневой Ветер покачал головой:
— Что-то звучит как ерунда какая-то. Зачем его жене…
Смертельный Туман прислушалась и толкнула Теневого Ветра:
— К тебе стучат.
ТЕНЕВОЙ ВЕТЕР ПЕРЕЛЕЗ ОБРАТНО в свою комнату. Повернул щеколду на двери и откатил её в сторону. На пороге стоял каменщик с доской для Двенадцати Озарений в руках.
— Так уж и быть, друг, покажу тебе один особый ход за небесных воинов, который помогает получить преимущество в начале игры.
Теневой Ветер скрывал от этого парня своё умение играть в Двенадцать Озарений, так как выигрывать у него было нечего. Он спросил: