— Ты спал с нашей звездой, а потом бросил ее.
— А ты спишь с Маргит. — Бат нахмурился. — В этом-то и проблема. Ты начал трахать Маргит, потом объявил, что готовишь для нее новую программу, а когда Гленда попросила увеличить ее гонорар, ответил отказом. И как, по-твоему, она должна была отреагировать?
— Сын мой… — Джонас заулыбался. — Гленда ушла от нас не потому, что я сплю с Маргит или готовлю для нее новое шоу. Она ушла бы при любом раскладе. Через два дня после того, как мы прекратили переговоры, всего через два дня она объявила о своих выступлениях в ночных клубах. Все это она и Сэм Стайн не могли организовать в два дня. Программа выступления в клубах, да еще расписанная на целый год, требует основательной подготовки. Начиная с нами переговоры, они уже знали, что следующий сезон она будет выступать в клубах. Признай это, Бат. Эта сучка продалась.
Бат глубоко вдохнул.
— С Маргит у нас прокол. Как только пойдет слух, что ты с ней спишь, все только этим и будут объяснять появление нового шоу.
— Я еще в прошлом году предложил сделать больший упор на ее роль, предчувствуя, что Гленда нас кинет. Ты этого не сделал.
— Если ты помнишь, мне и без того хватало забот. Короче, если мы не объявим о шоу Маргит до того, как станет известно, что ты с ней спишь…
Он замолчал. Сенатор Джейкоб Джавитс вошел в зал, заметил Бата, направился к их столику. Бат представил сенатора отцу, трое мужчин поболтали о пустяках. Затем сенатор отбыл, а Джонас и Бат продолжили разговор.
— Дело не только в том, что мы уязвили самолюбие нашей звезды, — первым заговорил Джонас. — Сэм Стайн говорил с Ленни Хиршбергом о новом шоу Гленды Грейсон на сезон пятьдесят девятого года. Оно потребует немалых денег, и знаешь, кто их дает?
— Кто?
— Тимстеры. Пенсионный фонд центральных штатов. Джимми Хоффа.
— Да, и они строят отель в Вегасе.
— Ты знаешь, сколько денег в этом фонде? — спросил Джонас. — Миллиарды долларов.
— Но это трастовый фонд. Разве они могут вкладывать деньги в телевизионные передачи?
— Видишь ли, они весьма вольно трактуют инструкции, — ответил Джонас. — Этим грешил Дэйв Бек, недалеко ушел от него и Хоффа. Их инвестиции служат не только преумножению активов фонда. Они стремятся к власти. И блокируются с чертовски опасными личностями.
— Ты думаешь, они нашли Гленду Грейсон, а не она их?
Джонас кивнул:
— И мне нет нужды объяснять тебе почему. На строительной площадкой возникает все больше проблем. Они не хотят, чтобы в Лас-Вегасе появился второй наш отель.
— Забастовки?
— Нет. Они не хотят так сильно светиться. Задержки работ. Мы три дня готовили площадку под заливку бетона, а потом не смогли его залить, потому что одна из пяти бетономешалок не приехала. А сливать бетон с четырех, а потом отдельно с пятой нельзя: существенно уменьшится прочность. Водитель сказал, что у него сломался двигатель. Подозреваю, что он приложил руку к этой поломке.
— Возможно, это и так, — в голосе Бата слышались скептические нотки.
— Если бы на этом все и закончилось, у меня не возникло бы подозрений. Но на прошлой неделе со склада в Сан-Франциско исчезла партия крепежа, и стройка стояла до тех пор, пока мы не смогли заказать, купить и привезти крепеж из другого места. На складе заявили, что они случайно отправили крепеж куда-то еще. И так далее, и так далее. Слишком много совпадений. Мы все больше отстаем от графика. Ты понимаешь, во что это нам обходится.
Джонас поднялся, чтобы поклониться рыжеволосой женщине, спешившей через зал к их столику.
— Джонас, дор-ро-гой, — хриплым, прокуренным голосом выкрикнула она. — Наконец-то ты в городе! А это твой загадочный сын, который не бывает там, где бывают все, лишая меня удовольствия познакомиться с ним.
Джонас поцеловал женщине руку, представил ее Бату.
— Это Толлала Бэкхед, если ты еще не догадался.
— Опять ты герой сплетен, шалунишка. — Она покачала головой. — Слава Богу, эта чудовищная Лорена Пастор никогда не узнает про нас с тобой!
— А что она могла бы узнать? — Джонас улыбался и хмурился одновременно.
— Что мы с тобой никогда не спали! — Женщина рассмеялась. — Можно ли придумать что-то более скандальное? — Она повернулась к Бату. — Позвони мне, дор-ро-гой. Заходи в гости, поиграем в бридж. Ну… счастливо оставаться.
Она вернулась к своему столику, Джонас и Бат сели, оказавшись в центре внимания.
— Что бы ты ни делал, ни в коем случае не приходи к ней и не садись играть в бридж, — заметил Джонас.