Мужской смех.
— Вроде бы ты сказала мне, что ты девственница.
— Да зачем тебе девственница?
— Не знаю. Просто у меня ни одной не было.
— Господи! Кто-то к нам рвется!
— Разберись. Я подожду в ванной.
Из динамика донесся звонок в дверь. Естественно, этот звук остался и на магнитофонной пленке.
— Кто там?
— Судебные исполнители Соединенных Штатов, миссис Корд.
— Что вам надо?
— Мы ищем мистера Корда.
— Его здесь нет.
— Вы все существенно упростите, если откроете нам дверь.
— Одну минуту. Одну минуту.
Тишина в динамике: вероятно, Моника открывала дверь.
— Вы миссис Джонас Корд?
— Временно. Я подала на развод.
— Вы говорите, мистера Корда здесь нет?
— Нет.
— У вас в номере мужчина. Вы это не отрицаете, не так ли?
— Мне нечего отрицать.
— Кто этот мужчина?
— Не ваше дело. Не Джонас Корд, это уж точно.
— Если вы позволите нам в этом убедиться, всем будет только легче.
Опять тишина. Мужской голос:
— Убедитесь сами, парни. Я не Джонас Корд.
— Нет, вы не Джонас Корд. Можем мы заглянуть в ванную, нет ли там кого еще?
— Можете заглянуть и в стенной шкаф, и под кровать, если вам так будет проще, и выметайтесь из моего номера.
— Вы знаете, где сейчас Джонас Корд, мадам?
— Я не знаю, где он сейчас. Более того, мне на это наплевать.
Долгая пауза, грохот захлопывающейся двери.
— Дерьмо. У тебя все упало.
7
Утром, когда Моника и Алекс еще спали, Джонас и Энджи завтракали, пролистывая газеты, и шутили по поводу услышанного ночью.
После завтрака Джонас вызвал Билла Шоу и отправил его в Лос-Анджелес, естественно через Мехико. С ним он послал пленку, приказав передать ее адвокату, представляющему Джонаса в бракоразводном процессе. К пленке прилагалась записка:
«Используйте пленку, если сочтете необходимым. Если это не понадобится — не используйте. Обратите внимание, что разговор после звонка в дверь четко устанавливает личности действующих лиц».
8
Через десять дней Джонас вновь попросил Морриса Чандлера подняться к нему в номер.
Тремя днями ранее Чандлер спросил Неваду, долго ли еще собирается Джонас занимать пятый этаж «Семи путешествий». Джонас платит щедро, добавил он, но сделка все равно неудачная. Игроки, которые обычно проживали в этих «люксах», оставляли в казино гораздо больше восьми тысяч долларов. Кроме того, некоторые из них выражали неудовольствие, не получив привычного номера.
В гостиной Чандлер застал Джонаса в компании Невады, Энджи и Лена Дугласа. Все четверо были в рубашках с отложными воротничками, мужчины — в однотонных, Энджи — в цветастой, и в слаксах.
— Вы всех знаете, Моррис. Хотите кофе? — спросил Джонас.
— Да, благодарю.
В тот день Чандлер отказался от обычного темного костюма, отдав предпочтение пиджаку в коричнево-кремовую клетку и темно-коричневым брюкам. Он нервничал, предчувствуя что-то зловещее в предстоящем разговоре.
— Если хотите, можете взглянуть в телескоп. Пять минут тому назад я убедился, что девушки на месте.
Чандлер сел, поставив перед собой чашку с кофе.
— Невада говорит, что я обхожусь вам в большую сумму, чем плачу за свое пребывание.
Чандлер кивнул:
— Это бизнес, Джонас. Лично против вас я ничего не имею. Вы человек честный. Я уверен, вы понятия не имели, что я теряю на вас деньги.
— С этим мы разберемся. Сейчас я хочу поговорить с вами о другом.
— Вы все еще думаете о постройке собственного отеля? — спросил Чандлер.
— У меня появилась идея получше, — ответил Джонас. — Я думаю купить этот отель.
Чандлер уставился на него, покачал головой:
— Он не продается.
— Возможно, и продастся, — возразил Джонас. — Люди, которым он принадлежит, возможно, заинтересуются, получив дельное предложение.
— Вы даже не знаете его настоящих владельцев.
— Большинство знаю.
— Откуда? Как вам удалось выяснить то, на чем расшибли лоб фэбээровцы и власти штата Невада?
Джонас посмотрел на Неваду. В глазах мужчин замелькали веселые искорки.
— Мы наняли консультанта. Он не знает, на кого работает, но гонорар его полностью устраивает.
— Кто? Кто мог вам сказать?..
Джонас широко улыбнулся:
— Мейер Лански.
Моррис Чандлер поднялся, подошел к телескопу. Прильнул к окуляру и не меньше минуты вроде бы смотрел на голеньких девиц, загорающих на крыше соседнего отеля, выигрывая время, чтобы взять себя в руки и оценить сказанное Джонасом.