В это же время произошло первое знакомство Тони с сексом. Где-то за месяц до ее семнадцатилетия два парня умудрились разжиться бензином и пригласили двух девушек проехаться в большом старом синем «паккарде» в Эверглейдс. Там они нашли укромное местечко, одна парочка отправлялась гулять по окрестностям, любуясь красотами дикой природы и оставляя второй заднее сиденье «паккарда». Полчаса спустя они менялись местами. Тони так возбудили опытные руки и губы молодого человека, что она пошла несколько дальше, чем намеревалась сначала.
Потом она решила, что молодой человек воспользовался ее наивностью, и более с ним не встречалась. Ей понравился другой мальчик, и несколько недель они предавались любовным утехам на диване в гостиной ее дома, затянув окна черными портьерами. Дважды они это делали на крыше, а над ними на высоте двухсот футов летали самолеты береговой охраны, выискивая нарушителей режима затемнения на атлантическом побережье Флориды. Но ни лучика света не проникало наружу, и пилоты не видели, что делается на крыше.
4
В мае 1944 года Антония Максим закончила Академию Сивью с лучшими в выпуске отметками.
Ее мать хотела, чтобы она поступила в колледж Роллинса, отец рекомендовал ей университет Эмори, а мачеха советовала идти в Рэдклифф. Она подала документы в эти учебные заведения и еще в несколько других. Ее приняли всюду. Она выбрала Рэдклифф.
Фотографии, которые она посылала с заявлением, показывали, что девушка она исключительно симпатичная. Лицо ее потеряло детскую округлость. Волосы свободно падали на плечи. Она была красива, но без фарфоровой кукольности.
Вторая миссис Максим активно участвовала в деятельности демократической партии. В сорок четвертом году ее избрали делегатом на национальный конгресс. Она прилагала немало усилий, чтобы Антония встречалась со всеми известными политиками-демократами, приезжавшими на юг Флориды. Так Антония познакомилась и с сенатором Гарри Трумэном, который баллотировался в вице-президенты в паре с президентом Рузвельтом. Мистер Трумэн заметил, что и у него дочь того же возраста (на самом деле Маргарет Трумэн была на два года старше), и выразил надежду, что Антония Максим будет столь же убежденной сторонницей демократической партии, как и его дочь.
Осенью сорок четвертого года она прибыла в Кембридж, штат Массачусетс. И в первый же день ее охватила тревога, даже страх. Она показалась себе безнадежной провинциалкой, неопытной, наивной, плохо образованной. Через месяц пессимизма у нее поубавилось, она еще признавала за собой провинциальность и неопытность, но уже не считала себя более наивной или плохо образованной по сравнению с сокурсницами. К концу семестра у нее уже сложилось твердое убеждение, что провинциальности в ней, может, и поменьше, чем у многих. Поскольку никто не мог конкурировать в провинциальности с нью-йоркцами, разве что уроженцы Новой Англии. Она уже знала, что ни в чем никому не уступает.
Только в одном, пожалуй, они стояли на ступень выше. Тони не видела не только Парижа или Лондона, но даже Техаса или Калифорнии, а вот они там бывали и могли без умолку болтать о тех или иных отелях и ресторанах, гадая, переживут они войну или нет. Когда же разговор заходил о том, где и как девушек лишили невинности, Тони как бы забывала заднее сиденье «паккарда» и говорила, что случилось это на плоской крыше во время воздушной тревоги, в реве низко летящих самолетов. Никто из них не мог придумать что-либо более удивительное.
Училась она блестяще. Специализировалась по истории, изучая также политологию и иностранные языки. Мать написала ей письмо, предлагая встретиться с бостонским косметологом, рекомендованным кем-то из ее друзей. С ее внешностью, полагала мать Тони, она может стать манекенщицей или даже актрисой.
У Тони появились и приятели. Юноши, которых не призвали в армию, были… слишком молоды. Многие из вернувшихся ветеранов уже успели жениться. Других отличала замкнутость, некоторых — агрессивность. Она встречалась с двумя и одному даже отдалась, но они разошлись в разные стороны, не ощутив взаимной тяги друг к другу.
Во время весенних каникул на первом курсе она встретилась с мачехой в Вашингтоне, где та представила Тони многим сенаторам и конгрессменам. Побывала с ней Тони и в редакции «Вашингтон пост», где познакомилась с издателем и редакторами ведущих отделов. В номере отеля Моргана и Тони поговорили о том, что будет делать Тони, закончив Рэдклифф. Собирается ли она замуж? Нет, вроде бы не за кого. Интересует ли ее политическая кухня? Да. Понравился ли ей Вашингтон? Да. Это хорошо. Тогда… Может, ей начать свою карьеру помощником кого-либо из конгрессменов? Моргана пообещала навести справки.