Самолет компании Корда доставил Неваду на его ранчо. Он сидел в кресле-качалке на крыльце в байковой рубашке, овчинном полушубке, старой шляпе и смотрел на пустыню и горы. Джонаса он попросил вернуться к работе. Обещал, что позвонит, почувствовав, что конец близок. А пока посидит на крыльце в ожидании смерти. Его, мол, это вполне устраивает.
Джонас знал, что Невада не позвонит. Он обещал вернуться и проведать его, но покидал Неваду с ощущением того, что более не увидит старика живым.
8
Когда Невада умер, Джонас позвонил Джо-Энн. В тот же день она уехала из Нортгемптона на черном «порше», который подарил ей отец на Рождество, с номерными знаками «КОРД ДВА» штата Невада. До Нью-Йорка она домчала за три часа. А приехав в город, растерялась, не зная, что делать дальше. Поехала было на Пятьдесят девятую улицу, но поняла, что мать пожелает узнать, почему она покинула Нортгемптон. Или будет столь поглощена очередным романом, что едва заметит приезд дочери. Поэтому Джо-Энн проехала мимо дома, в котором они снимали квартиру, не останавливаясь.
Она поставила «порше» в гараж на Пятьдесят седьмой улице, пообедала в венгерском ресторане, кухню которого уже успела оценить по достоинству. Из гаража Джо-Энн забрала машину в одиннадцатом часу. И внезапно осознала, что не может ни возвращаться ночью в Нортгемптон, ни кружить по Манхаттану в дорогой спортивной машине, поскольку выпила бутылку крепкого красного вина. И тут ее осенило.
Вскоре она въезжала в гараж «Уолдорф Тауэрс».
— Мисс?
Она показала служителю ключ от квартиры Корда. Джо-Энн не знала, что сделала мать со своим ключом, но тот, что лежал у нее в сумочке, сохранила. Служитель посмотрел на номерной знак «порше» и открыл дверцу. Она вышла, и он отогнал автомобиль в гараж.
Ключ послужил ей пропуском и в лифт. Она поднялась наверх. Позвонила, прежде чем вставить ключ в замок. Ответа не последовало, поэтому она открыла дверь и вошла в квартиру.
Вернувшись около полуночи, Бат обнаружил Джо-Энн на диване в гостиной. Она курила, сняв платье, чулки, пояс и туфли, оставшись лишь в белой комбинации.
— Это же семейная квартира, — пояснила она.
Бат кивнул:
— Разумеется. В гараже мне сказали, что ты здесь. Рад тебя видеть.
Кивнула и Джо-Энн. На кофейном столике стояла бутылка шотландского. Лед в ее стакане давно растаял, так что она пила «Чивас Регал» неразбавленным.
— Невада умер, — поделилась Джо-Энн печальной новостью.
— Я слышал. Отец звонил мне из Калифорнии. Я знал этого человека не так хорошо, как ты, но понимаю, сколь велика потеря.
Джо-Энн взяла со стола стакан, отпила теплого виски.
— У меня такое чувство, будто я потеряла отца. Скорее я видела отца в нем, а не в Джонасе.
— Я понимаю. — Бат опустился на другой конец дивана.
— Я в этом сомневаюсь, но это неважно.
— Я кое-что знаю из истории семьи.
— Ты тоже воспитывался не как все. Тебе было с кем говорить?
— Мать, — ответил он. — Дед.
— Тебе повезло. — Она затушила сигарету. — Джонас никакой не отец.
— Он великий человек.
Ее глаза сузились.
— Ты так думаешь? Или в тебе говорит работник Империи Корда? Поздравляю тебя с производственными успехами.
Бат поднялся, пошел к бару за стаканом.
— Хочешь еще шотландского?
— Чуть-чуть.
Он вернулся с двумя стаканами, в которых звякали кубики льда. Разливая виски, посмотрел на Джо-Энн.
— Жаль, что мы так поздно познакомились. У меня еще две младших сестры. Мария и Мерседес. Пока они росли, я жил вдали от дома.
— Ты их любишь? — спросила Джо-Энн.
Бат кивнул:
— Разумеется.
Джо-Энн подвинулась к Бату. Взяла его за руку.
— Мы с тобой любили бы друг друга.
— Да.
— И сейчас можем.
Он сжал ее руку.
— Конечно.
— Невада дал мне один совет. Он сказал, что я должна отдать свою любовь мужчине, которому доверяю. Человеку, который возьмет на себя ответственность за последствия.
— Дельный совет.
Она поднесла его руку к губам, поцеловала.
— Невада и я говорили не о той любви, о которой ты думаешь.
— Джо-Энн?..
— Мужчина, которому я доверюсь. — Она смотрела Бату в глаза. — Я девственница, черт побери!
Бат нахмурился:
— Ты слишком много выпила.
Джо-Энн схватила стакан, выпила из него все виски.
— Много выпила! Ты думаешь, я пьяна. Нет. Позволь напомнить тебе, кто я. Я дочь Джонаса Корда. Я внучка другого Джонаса Корда. Услышав о тебе, я задумалась, настоящий ли ты Корд или прикидываешься таковым. Не было еще Корда, который отказался бы от глотка виски или от девочки!