— А вот мне долгосрочные инвестиции на Кубе не по душе, — ответил Бат. — И я знаю, что мой отец придерживается такой же точки зрения. Чтобы окупить деньги, вложенные в строительство отеля, потребуется десять лет. А перевороты на Кубе случаются чаще. Вы, возможно, уверены, что дядя моей матери взял власть всерьез и надолго, а я вот в этом сильно сомневаюсь.
Лански пожевал толстую нижнюю губу, нахмурился. Закурил.
— Не обязательно строить отель, чтобы иметь казино, — заметил он.
— Я знаю. Лицензию на открытие казино получает тот, кто инвестирует двести тысяч долларов. Уж двести-то тысяч долларов у вас есть, мистер Лански.
— Мои деньги вложены в «Монмартр-клаб». Можете навести о нем справки.
— Я уже навел. Вы привлекаете богатых игроков, потому что они знают, что в «Монмартре» установлены стандарты. Мейера Лански. Серьезные игроки уважают вас и ваш клуб.
— Но они уходят от игорных столов, чтобы поесть, посмотреть шоу, потрахаться. У меня нет средств, чтобы построить большой бассейн, где их жены могли бы плавать и загорать, пока они играют. Видите ли, мистер Корд…
— Зовите меня Бат.
— Хорошо. А вы меня — Мейер. Знаете происхождение этого имени? Был такой рабби Мейор, что означает «приносящий свет». Родился я Мейором Сухослански. Когда же мы прибыли в Америку сорок лет тому назад, мой отец изменил мое имя на Мейер и мы все стали Лански.
Бат улыбнулся:
— А мое полное имя — Джонас Энрике Рауль Корд-и-Батиста.
— Вот какая у меня идея, Бат. Я бы хотел построить казино в уже работающем отеле. К примеру, во «Флоресте». Там есть бассейн, рестораны и все такое. Я смогу привлечь туда богатых игроков, которые знают меня по «Монмартру». В казино придут и просто туристы, если мы убедим их, что не жульничаем.
— Так работают все новые отели-казино в Лас-Вегасе, — заметил Бат.
— Совершенно верно. Бен Сигел на этом и сыграл. Разница в том, что Гавана — тропический рай, а не пыльный город посреди пустыни. И еще, из Чикаго и других городов на Востоке до Кубы можно долететь быстрее, чем до Лас-Вегаса.
— Вы пришли сюда с предложением, Мейер?
— За миллион долларов во «Флоресте» можно построить игровой и концертный залы. Инвестиции более чем скромные, а окупятся они за четыре года, а то и быстрее.
— Президент хочет, чтобы «Корд хотелз, инкорпорейтед» построила отель-казино.
— Скажите ему, что вам нужно прощупать почву, начав с «Флоресты». Если дело окажется выгодным, вы пойдете дальше. Я уверен, что он положительно отнесется к вашему решению вложить миллион долларов в строительство казино.
— Я хочу взглянуть на «Флоресту». А потом поговорю с президентом.
3
— И что ты ему пообещал? — спросил Джонас.
Они сидели за ленчем в ресторане «Четыре времени года». Бат вернулся с Кубы и докладывал отцу о своих встречах с Фульхенсио Батистой и Мейером Лански.
— Ничего я ему не обещал. У меня не было прав что-либо им обещать.
— Но ты думаешь, на это целесообразно пойти?
— Полагаю, да. «Флореста» — тихий, спокойный отель, там хорошо кормят, около бассейна растут пальмы. Там останавливаются американцы. После бурной ночи в шумных залах и ресторанах им нравится провести утро в тишине и покое. Лански обещает сохранить заведенные порядки. Казино и концертный зал займут отдельное крыло. Представления там будут на уровне лучших ночных клубов Гаваны. И игра будет только честная.
— Ты доверяешь Лански?
Джонас поднял стакан «Джека Даниэлза». Бат не слышал, чтобы кто-то запивал спиртным знаменитый пирог с крабами, которым славились «Четыре времени года», но у его отца было столько странных привычек.
— Нет, и я не доверяю Фульхенсио, дяде моей матери. Но вот что я могу сказать тебе о Мейере Лански. Здесь его считают гангстером. Причем одним из главарей преступного мира. Он…
— Это преувеличение.
— Когда в сорок втором году администрация хотела наладить сотрудничество со Счастливчиком Лучано, к Лански обратились как к посреднику.
— Я в этом сомневаюсь.
Бат пожал плечами:
— Можешь заглянуть в архивы и убедиться сам. Я убедился.
— Никогда не забываешь о домашнем задании, не так ли?