– А где же еще?
– Я тоже так думаю.
– Самое подходящее место для командного пункта – кабинет шефа полиции. Пол посмотрел на часы.
– Четверть шестого.
– Подождем, пока стемнеет, – сказал Сэм, – часов до девяти. Затем переберемся через улицу, с помощью кодовой фразы минуем охрану и доберемся до него прежде, чем он нас заметит.
– Все у тебя так просто.
– Так и будет, – заверил Сэм.
Подобно вспышке выстрела небо разрезала молния, затем загрохотал гром, дождь шрапнелью обрушился на крыши домов.
5.20 дня
Улыбаясь, как было приказано, скрестив руки на широкой груди. Боб Торп стоял, небрежно прислонившись к подоконнику, наблюдая за Салсбери, колдовавшим за его столом.
Трансмитер был подключен к служебному телефону. Линия в магазине Эдисона была открыта, по крайней мере, номер магазина был набран, значит микрофон должен включиться.
Салсбери согнулся над столом шефа полиции, сжав трубку правой рукой с такой силой, что костяшки пальцев, казалось, вот-вот прорвут покрывавшую их бледную кожу. Он вслушивался в звуки, стараясь уловить хоть какое-нибудь движение, производимое человеком в помещении магазина или в жилых комнатах, расположенных этажом выше.
Ничего.
– Давай, – нетерпеливо проговорил он.
Тишина.
Проклиная на чем свет стоит трансмитер, твердя про себя, что проклятая штуковина не работает, да и что от нее ждать, раз ее сделали бельгийцы, он еще раз проверил, правильно ли подключил провода, затем набрал номер Эдисона.
Линия открылась: послышался свистящий шум, совершенно не похожий на шум собственного кровотока, который, если приложить к уху морскую раковину, создает иллюзию морского прибоя.
Где-то там в глубине дома Эдисона громко и довольно монотонно тикали часы.
Салсбери посмотрел на свои:
5.24
Ничего, тишина.
5.26
Он положил трубку и снова набрал номер.
По-прежнему доносилось лишь тиканье часов.
5.28
5.29
5.30
Никаких разговоров. Никто не плакал, не смеялся, не вздыхал, не кашлял, не зевал и не двигался.
5.32 – 5.33
Салсбери с силой прижал трубку к уху, сосредоточенно вслушиваясь и напрягаясь всем телом, в надежде уловить хоть какой-нибудь звук, указывающий на присутствие Эдисона, Эннендейла или кого другого.
5.34
5.35
Они все еще находились там, проклятие! Они же должны быть там!
5.36
Раздраженно Салсбери швырнул трубку на рычаг.
"Эти ублюдки знают, что я их прослушиваю, – подумал он. – Они сидят тихо, чтобы разозлить меня.
Вот и все. Иначе и быть не может".
Подняв трубку, он еще раз набрал номер Эдисона. Опять только тиканье часов. И больше ничего.
5.39
5.40
– Ублюдки!
Он так швырнул трубку на рычаг, что аппарат звякнул.
Внезапно Салсбери прошиб пот.
Медленно и неуклюже он поднялся на ноги. Но не смог сойти с места. От охватившей его ярости он не мог двигаться.
Обращаясь к Торпу, Салсбери сказал:
– Даже если им каким-то образом удалось выбраться из магазина, пусть это им удалось. Но уж из города им никак не уйти. Это совершенно невозможно. Среди них нет волшебников. Этого им не суметь. Я перерезал все пути. Верно?
Торп глядел на него с улыбкой. Он исполнял предыдущую команду Салсбери.
– Отвечай, будь ты проклят! Улыбка исчезла с лица Торпа. Салсбери весь взмок.
– Разве я не перекрыл все выходы из этого вонючего городишки?
– О да, – послушно ответил Торп.
– Никто без моего разрешения не может выбраться из этой дыры. Правильно я говорю?
– Да. Ты перерезал все возможные выходы. Салсбери трясло. Кружилась голова.
– Даже если они ускользнули из магазина, я найду их. Я найду их в любой момент, когда захочу. Так ведь?
– Да.
– Я могу разнести этот проклятый город на части, вывернуть его наизнанку и найти этих сучьих детей.
– В любое время, когда захочешь.
– Им не скрыться.
– Нет.
Резко опустившись на стул, словно лишившись сил, Солсбери проговорил:
– Однако это не имеет никакого значения. Они не выбрались из магазина. Они не могли оттуда выбраться. Магазин охраняется. Поэтому они все еще там. Затаились как мыши. Они знают, что я могу их подслушивать. Они пытаются обхитрить меня. Вот в чем дело. Обхитрить. Да, в этом-то все и дело.
Он набрал номер Эдисона.
Вновь в трубке раздалось знакомое тиканье часов, стоящих в той же комнате, что и телефонный аппарат.
5.44
5.45
Он повесил трубку. Снова набрал номер. Тиканье…
5.46
5.47
Салсбери повесил трубку.
Усмехаясь в лицо шефу полиции, он сказал:
Ты понимаешь, чего они добиваются? Торп отрицательно покачал головой. – Они хотят, чтобы я запаниковал. Хотят, чтобы я приказал тебе прочесать все дома один за другим, – он хихикнул. – Я мог бы сделать это. Я могу заставить каждого помочь прочесывать дома. Но на это потребуются многие часы. Затем мне придется стереть эти действия из памяти многих людей. Почти у четырех сотен человек. На это потребуется еще около пары часов. Они хотят, чтобы я понапрасну тратил время. Драгоценное время. Хотят, чтобы я паниковал и тратил время и, может быть, допустил ошибку, которая позволила бы им бежать. Не этого ли они добиваются?
– Да.
Салсбери усмехнулся.
– Но я не стану играть в их игру. Я дождусь Даусона и Клингера. Я не буду паниковать. Кто угодно, только не я. Я полностью контролирую ситуацию – и так будет впредь.
Гром прокатился над долиной, в ответ задрожали стекла в двух окнах кабинета.
Салсбери опять набрал номер телефона магазина.
5.50
5.51
Усмехнувшись, он опустил трубку.
Затем его поразила сногсшибательная мысль: если Эдисоны и Эннендейлы знали, что он мог подслушивать их, то это означало, что они догадались, в чем дело, знали правду, знали, кто он такой в действительности, и что он делал здесь, в Черной речке… А это уже невозможно.
Салсбери снова набрал номер.
5.52
Ничего. Тишина.
Положив трубку, он повернулся к Торпу.
– Что ж, полагаю, совершенно неважно, если они и знают. Им отсюда не выбраться. Я возьму их там, где захочу. У меня власть…
Поглядев несколько мгновений на трансмитер, Салсбери обернулся к Торпу и спросил:
– Как ты думаешь, что сделает Мириам, когда узнает, какой властью я теперь обладаю?
– Кто такая Мириам?
– Ты же знаешь Мириам.
– Нет, не знаю.
– Она моя бывшая жена.
– О.
– Паршивая сука. Торп промолчал.
– Фригидная как снежная баба.
– Прошу прощения.
– – Я знаю, что она сделает, – сказал Салсбери. – Она приползет ко мне. На четвереньках приползет. Куда она денется. Верно?
– Да, – подтвердил Боб. Власть…
– Знаешь, что я сделаю?
– Нет, – ответил Торп.
– Я заеду ей ногой по морде.
– Это уже физическое насилие.
– То же самое проделаю с Даусоном. Заеду в морду.
– За оскорбление действием вы окажетесь в тюрьме.
– Доберусь я до этого Даусона, – торжественно проговорил Салсбери. Затем усмехнулся. – Ох, доберусь я до этого старого ублюдка-ханжи! – Торп подтип брови. – Надеюсь, я смогу найти пару сапог, Боб?