Наряду с увлечением зрелищами, Нерон любил заниматься и стихосложением. В свое время император Октавиан Август, единодушно восхваляемый римскими историками как образец мудрого правителя, также поощрял поэтов, а имя его друга Мецената вообще стало нарицательным: так стали называть всех, кто поощряет благородные искусства. Но Нерону не удалось прославиться на этом поприще. За исключением написавшего «Фарсалию» Марка Аннея Лукана, который пользовался расположением Нерона очень недолго, остальные окружавшие Нерона поэты римлянам не запомнились. Очень точно описал эти попытки принцепса отличиться на ниве поэзии Корнелий Тацит, отметивший, что Нерон «собрал вокруг себя тех, кто, обладая некоторыми способностями к стихотворству, еще не стяжал себе сколько-нибудь значительной славы. Пообедав, они усаживались все вместе и принимались связывать принесенные с собою или сочиненные тут же строки и дополнять случайные слова императора. Это явственно видно с первого взгляда на эти произведения, в которых не было ни порыва, ни вдохновения, ни единства поэтической речи».
При дворе Нерона не появилось ни нового Овидия, ни Горация или Вергилия… Но неверно было бы считать, что Нерон вовсе не имел поэтических способностей. Как свидетельствует Светоний Транквилл, «не правы те, кто думает, будто он выдавал чужие сочинения за свои: я держал в руках таблички и тетрадки с самыми известными его стихами, начертанными его собственной рукой, и видно было, что они не переписаны с книги или с голоса, а писались тотчас, как придумывались и сочинялись, — столько в них помарок, поправок и вставок».
Занимался Нерон также живописью и ваянием. Не имея возможности ни услышать стихи Нерона, ни увидеть его живописные работы или скульптуры, мы не можем оценить степень его мастерства и таланта, но ясно, что определенные способности у него были и он не мог представить своей жизни без искусства.
Так жил императорский двор…
13. ДЕЛА НА ОКРАИНАХ ИМПЕРИИ. БОРЬБА С ДРУИДАМИ В БРИТАНИИ. ПРИЧИНЫ ПАССИВНОСТИ РИМСКИХ ПОЛКОВОДЦЕВ В ГЕРМАНИИ
На границах империи в это время в основном царил мир.
Ограниченные боевые действия велись на севере Британии. Там римский наместник Вераний предпринял лишь несколько вторжений в земли силуров (занимавших территорию на севере современного Уэльса), а сменивший его Светоний Паулин захватил в 61 году остров Мона, служивший оплотом друидам. Остров Мона (о-в Англси) был последней еще державшейся твердыней друидов в той части Британии, а кроме того, это было священное для них место, поэтому переправившееся туда на плоскодонных кораблях и вплавь войско Светония Паулина встретили, преграждая ему путь, не только воины, но также жрецы и жрицы. По словам Корнелия Тацита, «на берегу стояло в полном вооружении вражеское войско, среди которого бегали женщины; похожие на фурий, в траурных одеяниях, с распущенными волосами, они держали в руках горящие факелы; бывшие тут же друиды с воздетыми к небу руками возносили молитвы и исторгали проклятия. Новизна этого зрелища потрясла наших воинов, и они, словно окаменев, подставляли неподвижные тела под сыплющиеся на них удары». Однако это длилось не долго. Опомнившись и вняв командам своего полководца, римляне, имевшие значительно более хорошее вооружение, смяли британцев. Священные рощи, где друиды приносили человеческие жертвы, были вырублены. Уцелевшие британцы вынуждены были принять другую веру. Однако, в то время как Светоний Паулин покорял остров Мону, в восточной части Британии вспыхнуло восстание Боудикки (о котором будет рассказано далее), и Светоний Паулин вынужден был срочно вернуться. Как только римские войска ушли, обитатели острова Мона в том же году опять вернулись к прежней вере. Подавить здесь друидскую веру оказалось не так-то просто. Окончательно друидская вера на острове Мона была искоренена только в правление императора Домициана. (Римляне отличались большой веротерпимостью и не только разрешали покоренным народам исповедовать прежние религии, но и не препятствовали выходцам из покоренных народов строить свои собственные храмы в самом Риме. Религия друидов подверглась искоренению из-за присущих ей частых и кровавых обрядов человеческих жертвоприношений. Римляне боролись и с другими религиями, где практиковались человеческие жертвоприношения, а это имело место у карфагенян, финикийцев, у покоренных римлянами несколько позднее даков и некоторых других народов, но наиболее яростно римляне боролись все же с друидами — ведь друиды, помимо всего, возглавляли сопротивление римлянам в Галлии и Британии.)