К концу I века до нашей эры все балканские земли к югу от Дуная стали владениями Рима. Лишь во Фракии местные цари на некоторое время сохранили свою власть, даже расширив свои владения за счет отданной им Римом Нижней Мезии, но пройдет всего несколько десятилетий, и император Клавдий сделает римской провинцией и Фракию.
Подавленное мощью римских армий местное население, казалось бы, смирилось со своим положением. С 10 года до нашей эры и по 6 год нашей эры обстановка на Балканах оставалась сравнительно спокойной, если не считать происшедшей тогда сравнительно короткой и успешной войны римлян с даками. Но в 6 году нашей эры на Балканах началось одно из самых крупных восстаний, когда-либо потрясавших империю. Главной причиной восстания были поборы римских чиновников. Начавшись в Паннонии и Далмации, восстание быстро распространилось на Иллирию и охватило почти весь Балканский полуостров, за исключением Греции и Фракии, причем к восстанию примкнули вспомогательные части римской армии, набранные из местных жителей. В Паннонии во главе восставших встал вождь бревков Батон, а в Иллирии и Далмации Батон, вождь племени десцдиатов. Были ли оба эти Батона родственниками, неизвестно, но они часто действовали согласованно. Третьим выдающимся полководцем восставших стал некий Пиннет (некоторые называли его еще Пинн). Пользуясь тем, что основная масса находившихся там ранее римских войск во главе с приемным сыном Октавиана Августа Тиберием была отведена на север и готовилась вторгнуться в земли царя германского племени маркоманнов Маробода, восставшие быстро овладели Паннонией и Далмацией, подняли на борьбу Иллирию и вторглись в уже более века не знавшую вражеских вторжений Македонию.
По словам Веллея Патеркула, лично участвовавшего в подавлении этого мятежа, — «общая численность племен и народов, которые восстали, превышала восемьсот тысяч. Они выставили почти двести тысяч пехотинцев, годных к несению оружия, и девять тысяч всадников — огромную массу, покорную свирепейшим и опытнейшим вождям». Натерпевшись под римским гнетом, иллирийцы, паннонцы и далматы беспощадно расправлялись со всеми римлянами — как военными, так и гражданскими. Как пишет Веллей Патеркул, «все и повсюду было опустошено огнем и мечом. Мало того, вызванный этой войной страх был настолько велик, что поколебался и ужаснулся даже стойкий и укрепленный опытом стольких войн дух Цезаря Августа».
Насчет того, что восстание поколебало дух Октавиана Августа, Веллей Патеркул, безусловно, преувеличивает, стараясь подчеркнуть полководческий талант Тиберия, которому было поручено наведение порядка. Но восстание действительно имело невиданный размах. Отряды восставших оказались у Навпорта (Любляны) и Тергеста (Триеста) и даже начали вторгаться оттуда в Северную Италию. Любое промедление могло привести к разорению Италии. По словам Веллея Патеркула, Октавиан Август заявил в сенате: «Через десять дней, если не быть настороже, враг может оказаться на виду города».
Поскольку Веллей Патеркул был очевидцем тех событий и писал об этом, когда еще были живы многие из сенаторов, лично присутствовавших тогда в курии, сомневаться здесь в точности его слов не приходится. И все же Октавиан, даже если и произнес те слова, не испугался и не запаниковал. Как опытный полководец, он понимал, что за десять дней восставшие никак не могли прорваться к Риму. Даже при отсутствии сопротивления поход занял бы значительно больше времени, а на пути восставших стояло немало хорошо укрепленных римских крепостей. Столь суровые слова нужны были Октавиану Августу для того, чтобы сплотить римскую знать и обеспечить себе максимальную поддержку. Октавиан действовал решительно: «был произведен набор войска, а также повсюду и полностью призваны все ветераны. Мужчины и женщины в соответствии с имущественным цензом должны были выставить в качестве воинов вольноотпущенников». На Балканы было брошено десять римских легионов и большое количество вспомогательных отрядов из ветеранов и добровольцев. По приказу из Рима против восставших отправился со своей армией и царь Фракии Реметалк. Выдержать удар такой военной махины было непросто, ведь римляне были прекрасно вооружены и хорошо обучены.